Я едва ли не тру свои глаза в неверии: Нейт улыбается мне с привычной теплотой, словно и не было этих двух недель, которые он избегал меня.

- Ну не все мы можем позволить себе отсутствовать на рабочем месте четыре дня,- огрызаюсь, потому что он это заслужил.

Нейт слегка морщится и шагает ближе.

- Мне нужно было побыть одному.

- Помогло?

- Думаю, да,- улыбается. - Что ты делаешь?

- Не знаю, имею ли я права тебе это говорить, - мнусь, кусая губы. – Вообще-то, разбираюсь в документах Энергетикс. Не пойму, как вообще там что-либо можно понять.... Перечисление средств, и возврат. Потом снова перечисление, но уже большей суммы.

- Думаю, я смогу кое-что вспомнить об этой сделке. Если хочешь, я постараюсь помочь.

Я колеблюсь. Как заинтересованному лицу, я не должна позволять Нейту вмешиваться в свою работу, но и отказывать ему тоже не вариант, потому что тогда он уйдет, и остаток вечера я все равно не смогу работать, думая о том, какая я дура, что не приняла его помощь.

После секундной борьбы сдержанно киваю:

- Давай попробуем.

Ослепляя меня той самой улыбкой, генеральный директор огибает стол. Встает рядом с моим креслом, и я чувствую, как предательски начинают потеть руки. Изо всех сил стараясь сохранить деловой настрой, тычу в испещренный мелким шрифтом акт.

- Видишь, вот здесь суммы не сходятся. Даже если изначальная сделка была обнулена, то я не понимаю, почему повторная продажа так отличается по цене.

Нейт хмурится, бегло пробегая глазами по цифрам, и беззвучно шевелит губами. Кладет ладонь на стол рядом со мной и наклоняется ближе, так, что я чувствую волны его дыхания на своей шее. Сглатываю и уговариваю себя не терять нить беседы.

- Действительно, странно,- задумчиво произносит он.- Я помню, что подписывал только один договор с этой компанией. И абсолютно точно не помню никакого аннулирования сделки. Запрошу данные в отделе продаж о кураторе этого проекта. Документы могут подождать до завтра, Тэйлор?- обращается он уже ко мне, и теплое дуновение перемещается с моей шеи на щеку.- Или твой босс накажет тебя за такое промедление?

Как же я, черт побери, устала от этого. Со скрежетом отодвигаю стул и вскакиваю на ноги.

- No me jodas! Как меня задолбали постоянные намеки на мою связь с Дареном! - ору, со злостью глядя на его лицо.

К глазам подкатывают слезы, и мне внезапно хочется очутиться подальше от этого стола, от этого офиса, и даже подальше от Нейта. Мои нервы официально сдали. Я устала чувствовать себя так, словно должна перед всеми за что-то оправдываться или что-то доказывать.

Забыв надеть туфли, протискиваюсь мимо Нейта и со всех ног несусь к двери. Убежать, скрыться, разлюбить... Ледяной мраморный пол обжигает ступни, слезы струятся по лицу, когда я хватаюсь за ручку и дергаю ее на себя. И в этот момент горячее тело Нейта припечатывает меня дверному полотну.

-Прости, прости меня, - раздается срывающийся шепот мне в ухо.- Прости меня, Тэйлор. Я идиот.

Замираю с ладонью на холодном металле и прижимаюсь лбом к двери, пытаясь подавить рыдания. Руки позади меня гладят плечи, скользят по пояснице, губы шепчут слова извинения в мои волосы. Сжимаюсь в твердый комок, боясь повернуться, и безмолвно принимаю нежданную заботу. Слезы прекращают литься. Извинения становятся тише и совсем прекращаются, когда им на смену приходят поцелуи. Я ощущаю их под мочкой уха, на шее, на прикрытой рубашкой лопатке, на выступах позвоночника. Прикусываю щеку изнутри и дрожу от разгорающегося в теле жара.

Поцелуи становятся настойчивее. Закрываю глаза и, мысленно признав поражение, наклоняю голову в бок, чтобы дать им больше доступа к коже. Губы без промедления захватывают новую территорию, вырывая из меня жалобный стон. Сильные руки разворачивают меня, и я не сопротивляюсь, потому что хочу знать, что их хозяин может мне предложить.

- Девочка, милая моя, самая милая, я идиот, я такой идиот, - повторяет Нейт, покрывая поцелуями лоб, кончик моего носа, щеки, ямочку на подбородке. Пальцы скользят к затылку, нащупывая резинку на моих волосах, и дергают ее вниз, жадно погружаясь в рассыпавшиеся локоны. Губы зудят от ожидания прикосновений. Кроме них, на моем лице не осталось ни одного не помеченного нежностью места. Ладони покидают кудри, и Нейт замирает. Его глаза лихорадочно горят, когда он опускает взгляд на мой рот. Подушечкой большого пальца нажимает на нижнюю губу, и измученно стонет, словно дотронуться до моих губ было тем, чего он желал долгое время. Мы дышим в унисон друг с другом, или не дышим совсем, когда его палец перемещается на верхнюю губу и мягко прижимает ее к десне.

- Вот это моя погибель, - шепчет Нейт и жадно целует меня.

Кажется, я до конца не осознавала, насколько жаждала этого поцелуя, потому что едва наши рты соприкасаются, все мое тело откликается на него. Из горла вырывается полустон-полувсхлип, когда я вцепляюсь пальцами в рубашку на его талии, сжимаю его твердые мышцы под ней, скребу ногтями по его лопаткам, хриплю ему в рот и кусаю.