- Все ищешь, - вздохнул он, - Третий месяц к концу идет... Зима уж на носу.

- Глупости! Моя сестра жива! Я знаю это! - вот только предчувствия были совсем не радостные. А в последние недели так и вовсе тягостные сны повадились сниться. В них его милую Ланушку терзал не то огромный черный волк, не то мужчина. Он не видел его лица, только смуглую кожу могучих рук и смоляные волосы. Беспомощно наблюдал за творящимся насилием, пока его сестрица отчаянно звала на помощь и самое ужасное - не мог в это время и пальцем шевельнуть, а лишь смотрел в полные боли и страха дымчато-голубые глаза. Мужчина потряс головой, отгоняя тягостное чувство. Друг посмотрел на него с сочувствием, словно поняв его мысли, но не возражал.

- Скажи лучше, каковы новости с границ, - переменил тему Ратимир.

Мирослав нахмурилась.

- Скверно. Батый на князя зуб точит. Люди с восточных границ как звери от пожара бегут, не щадит хан никого. Мужчинам и старикам смерть, женщин на растерзание в гаремы, а младенцев и не разумных детей в будущие рабы. Торговцы с южных границ караваны в нашу сторону гнать не хотят, распугал Беригор всех непомерными налогами и разбойничьими нападками. Даже оборотни о себе знать все чаще дают,  пропадают люди у их земель... Я потому и пришел, ночью приволокли двоих. Дозор бы убил, вот только больно молоды еще. Стражу лишь поцарапали, никого не убили. Линь был за главного, решил сюда доставить, тебе показать.

- Ну что ж, давай посмотрим, - кивнул Ратимир, накидывая на плечи подбитую темным мехом накидку.

Вместе они спустились по широкой лестнице каменной крепости вниз и прошли в подвалы, где были камеры для узников.  Пройдя к самой дальней, он сделал знак страже отворить дверь. Увидев пленников, Ратимир только головой покачал. Два юноши в драных обносках гордо расправили плечи, стараясь не показать своего страха. Молодые совсем! На почти детских лицах первая щетина едва проклюнулась. М-да, грозные волки, аж жуть берет.

- Что с одеждой? Бродяги что ли? - обратился он к Мирославу.

- На себя посмотри, коротконогий! - ощерился один из них.

- А ну, цыц, щенята! - прикрикнул Мирослав. Ратимир даже бровью не повел. К шуткам про свой невысокий рост он давно привык, а особо усердным довелось узнать, что мечом и кулаками он владеет получше иных трепачей. Княжич выразительно глянул на зарвавшихся юнцов и те мигом присмирели.

- В одежде перекинулись, - пояснил Мирослав, - уж не знаю, на что рассчитывали. Врасплох что ли застать хотели?

Мальчишки обиженно засопели.

- И застали бы! А потом принесли ваши головы вожаку!

Ратимир устало вздохнул:

- Что, думали после этого он вам в дозоры ходить разрешит?

Волчата дружно поджали губы. Ну, понятно тут все. Захотелось удаль свою показать. Вот и допрыгались. Княжич еще раз осмотрел жмущиеся друг к другу худощавые фигурки. Взгляд запнулся об изорванный ворот рубахи на одном из юных оборотней. Ратимир даже моргнул. Померещилось! Протер глаза. Да нет же! Быть того не может!

- Ты! - ткнул он пальцем в вихрастого паренька, - Шаг вперед!

Тот лишь оскалился. Тогда Ратимир сам подскочил к мальчишке и схватил того за рубаху. Волчонок, было, заартачился, но рядом послышался скрежет меча, вынимаемого из ножен. А Ратимир выволок мальчишку ближе к единственному оконцу, что светлело почти под потолком.

- Узор! Кто шил?! - гаркнул взбудораженный княжич. Руки тряслись так, что волчонок даже рычать перестал.

- Ну?!

- Не знаю я! - огрызнулся парень, - Что дали, то и ношу!

- Кто дал?

- Мать купила!

- Где?!

Волчонок таращился на него, часто хлопал круглыми от страха глазами, но молчал. Через силу Ратимир разжал пальцы.

- Послушай, - как можно спокойнее произнес он, - одно мое слово и матери твоей не новую рубаху, а саван купить придется.

Мальчишка сглотнул.

- Но я же могу и миловать. И не только тебя, - Ратимир глянул на притихшего второго юношу, - Смотри же, жизнь или смерть друга на твоей совести если что. Скажи, откуда рубаха? Ответишь - вернетесь домой целыми и невредимыми. Никто и не узнает о вашем... подвиге.

Мальчишки зачарованно слушали вкрадчивую речь княжича. На их лицах кроме страха появилась еще и неуверенность, а так же надежда на то, что все обойдется. Не известно, что мальцов страшило больше - мамкина трепка или меч палача.

- Да, скажи тебе. Чтобы потом ты и нас прибил и... и... сделал что-нибудь!

- Что? - удивился Ратимир, - Если б могли, давно бы ваших лесах князь хозяйничал. Но туда нашему войску хода нет.

- Тогда зачем тебе? - резонно подал голос второй.

- Просто знать хочу, жива ли та, что это, - он ткнул пальцем на изодранный ворот, -  сшила?

Мальчишки мялись. Как не крути, подвоха они не чувствовали, молоды были слишком. Да и шкуру спасти охота...