И сейчас я молила только об одном - о терпении, чтобы пережить оставшиеся несколько дней до начала университета и поскорее уехать из резиденции. “Главное, не поддавайся эмоциям, как это случилось в "Стелсе", они могут привести к новому сроку заключения, - проговаривала я про себя, как мантру. - При встрече с ним веди себя спокойно, равнодушно, всем видом показывая, что ты решила свою проблему с чувствами”.

Наступило утро, и на смену всем эмоциям, вместе с зарядившим на весь день дождем пришла апатия. Я, словно кукла с нарисованной улыбкой на лице, делала домашние дела, не осознавая, что именно я делаю, ела пищу, не ощущая ее запаха и вкуса, занималась учебой, не вникая в суть, вела беседы с Латом, не понимая, что он говорит, - все происходило будто не со мной, а с моей обездушенной улыбчивой копией. Но все же одна эмоция пробивалась наружу - это ожидание окончания срока заключения. Иногда я посматривала на мощное ограждение, мороком проявлявшееся вдалеке, и опускала глаза, понимая, что сбежать из этой цитадели невозможно, да и некуда было бежать - от таких людей, как Барретт, не скроешься.

Барретт не появился ни в этот день, ни на следующий. Шли секунды, минуты, часы, но он не выходил на связь и вообще никак не напоминал о себе. Я научилась жить с этим вакуумом внутри меня, без вкуса, без цвета, без запаха, загружая себя с утра до позднего вечера учебой и зубрежкой, тем самым заполняя пустоты в груди. С каждым прожитым в этом вакууме часом мне становилось легче - на горизонте, словно яркая жемчужная заря, проступала надежда, она словно красная шелковая полоса с надписью “ФИНИШ” мерцала перед глазами, открывая во мне второе дыхание, заряжая меня позитивом на скорый отъезд домой.  Вспоминая слова Саши "только я знаю, что ему нужно в постели, он всегда возвращается только ко мне", я была уверена, что он вернулся к сестрам Романофф, и теперь оставалась лишь пустая формальность - разрешение Барретта отпустить меня домой.  

Этой ночью я проснулась внезапно, словно меня кто-то разбудил. Открыв глаза, я резко села на постели и поняла - Барретт вернулся в резиденцию.

____________________________________________________________________________________________

(1) Похожи как две капли воды.

(2) Вечная любовь

(3) Дерьмо

(4) Пан или пропал

(5) На войне, как на войне

(6) Немного

(7) Поживем - увидим

Глава 25.

Я не слышала ни шагов по холлу, ни звуков из спальни - дом по прежнему был погружен в ватную тишину, но я была уверена, что Барретт приехал домой, - я ощущала его физически, чувствовала его присутствие, знала это наверняка, словно сейчас он находился здесь, в моей комнате. Сердце колотилось, как бешеное, вакуум внутри меня внезапно схлопнулся, и меня накрыло очередной волной самых противоречивых эмоций: от любви и желания протянуть руку к этому опасному Хищнику и нежно погладить его, до ревности, ненужности и желания вырваться на свободу из плена его лап и логова.

Внезапно послышались шаги - спокойные, уверенные, они эхом раздавались по пустынному мраморному холлу, и мое сердце вторило каждому звуку поступи, которую я уже знала наизусть.

Сжав одеяло у груди, я перестала дышать, одновременно желая и не желая видеть сейчас своего Призрака во плоти. Звук шагов стих, и я бесшумно выдохнула - значит он вернулся к сестрам Романофф и приехал домой только с одной целью, чтобы наутро поставить меня перед фактом, что я покидаю резиденцию. Да, так и должно было быть - скоро я уеду отсюда, вновь выстрою кирпичик за кирпичиком свой мир и заживу прежней жизнью. Мне просто нужно как можно дальше быть от этого человека. Здесь, в его логове, где все пропитано его энергетикой, было гораздо сложнее ментально отстраниться от Барретта, но как только я покину эти мраморные стены, у меня получится забыть его, после того, какой ад он мне устроил в эту неделю, - должно получиться. Сделав такие выводы, я облегченно вздохнула и погрузилась в неясный сон.

Утром я открыла глаза, и увидела приближавшегося к моей кровати Барретта.

Он был бос и одет только в черные спортивные штаны, низко сидевшие на бедрах. Спросонок, пока мой мозг все еще пробуждался, а чувства уже бодрствовали, на меня опять нахлынула вся гамма эмоций: и любовь, и ревность, и боль от ненужности, и желание убежать от него. Но я быстро скрыла чувства под маской безразличия, окончательно просыпаясь, а он все это время спокойно смотрел на меня, и мне казалось, что он в очередной раз сканирует мою душу.

Вплотную приблизившись ко мне, он по-хозяйски откинул мое одеяло, и я машинально прикрылась руками, потому что в этот момент была нагой - единственный комплект белья был мной постиран и сейчас сушился в ванной.

Первым моим желанием было свернуться калачиком и закрыться от него - я совсем не хотела, чтобы он сравнивал меня со своими длинноногими ухоженными красавицами, с которыми он провел ночь, не хотела, чтобы он сравнивал мою щуплую фигуру и бледную, почти прозрачную кожу с их безупречными силуэтами и ровным красивым загаром. Хотя почему же... пусть проводит параллели... сейчас он взвесит все "за" и "против" и отправит меня домой.