Но он словно не слышал, продолжал медленно идти на меня, его мокрое тело блестело, Тигр на плече был готов наброситься, но больше всего пугало его лицо, вернее выражение его глаз - таких глаз я у него еще никогда не видела: в них поднимались темные глубины его души, плескались самые дьявольские эмоции. Сомнений не было: это был взгляд хищника, атакующего свою жертву.

"Он тебя сейчас убьет! Беги!" - кричал проснувшийся инстинкт самосохранения. Я хотела развернуться и бежать, но все, что мне удалось, - это сделать шаг назад. На смену мыслям в моей голове поселилась звенящая пустота, и я оцепенела, не в силах пошевелиться, загипнотизированная Хищником. Этот взгляд останавливал меня, не позволяя двинуть рукой, он накрывал меня тяжелой волной и все, что я видела перед собой сейчас, - его глаза цвета почерневшей ртути, подчиняющие меня своей воле, приказывающие мне оставаться в покорной неподвижности. Преодолевая свинцовую волну, я цеплялась за остатки разума, мне хотелось вырвать из своей головы невыносимое воздействие его взгляда, избавиться от неестественного повиновения его воле, но Хищник шел на меня, полностью подавляя мою личность и желания.

С неимоверным усилием закрыв глаза, я сделала глубокий вдох и, не думая больше ни о чем, со всего размаха прыгнула в бассейн. Разбивая холодное зеркало водной глади, я чувствовала, как освободилась наконец из плена этого магического взгляда, но легче не стало - теперь, падая в темную бездну, я чувствовала, как тяжелая вода поглощает меня, давит своей глубиной. “Мне надо наверх, надо сбросить тяжелый халат”, - пронеслось у меня в голове, но не успела я начать сопротивляться глубине, как внезапно почувствовала стальное кольцо рук, обвивших мои плечи, и в следующую секунду я взмыла с неимоверной скоростью вверх, преодолевая сопротивление воды. Мое лицо обдало воздухом, и я, закашлявшись, сделала глубокий вдох.

Пребывая в позе оловянного солдатика, я хотела пошевелиться и убрать прилипшие к щекам волосы, но мою фигуру сжимали крепкие тиски, удерживая меня на поверхности. Не успела я опомниться, как меня понесло к высокому бортику со скоростью торпеды, мои лицо и грудь вдавило в холодный синий кафель, и меня больно потянули за волосы на затылке, наклоняя голову в сторону.

- Ты же знаешь, что я не терплю бунта, тем более в своем доме, - тихо прошептал Барретт над ухом, и у меня внутри все сжалось от этого голоса.

Он крепко держал одной рукой мой затылок, чтобы я не ушла под воду, а второй стащил халат и больно сдернул с меня трусики. И пока я пыталась усмирить выпрыгивающее из горла сердце, он снял свободной рукой свои шорты-плавки.

Внезапно одним уверенным движением он развернул меня лицом к себе и сомкнул на моем горле пальцы, фиксируя шею большой ладонью, словно металлическим ошейником. Я висела в воде, словно в невесомости, вцепившись в его предплечье, и у меня не было возможности даже сопротивляться - сейчас я полностью находилась в его власти, а он тем временем держался на воде каким-то магическим образом, словно просто стоял рядом.

На секунду мы замерли. И в этот момент казалось, что даже вода превратилась в неподвижное зеркало - это был штиль перед бурей. Я смотрела на Него и понимала, что он и мое спасение, и моя погибель. Он был моим спасательным кругом, удерживавшим меня на поверхности, он был моей любовью, моим Мужчиной, но в то же самое время он был и моим палачом, сжимавшим ладонью мое горло и мое сердце, убивая мою любовь.

Я всматривалась в его глаза и видела взгляд Дьявола: подавляющий и тяжелый, бездонный и безучастный.

Но несмотря на все это, я смотрела в глаза своему палачу и я Ему доверяла. Я не понимала, как это объяснить и на чем это чувство зиждилось, но я знала наверняка, что ничего плохого сейчас со мной не случится. Права была моя мама, говоря: когда любишь человека, ты ему доверяешь. Я любила за двоих, а значит и мое доверие к этому человеку было умножено на два.

Он пошевелился, нарушая этот штиль, и в следующую секунду вонзился по-хозяйски пальцами свободной руки в мое лоно, создавая волны на воде, умело возбуждая и растягивая меня, не прерывая зрительного контакта. От этой внезапной атаки на мой клитор под прохладной водой низ живота загорелся, и все мои чувства ухнули в пропасть от возбуждения, занимая место царивших во мне злости, гнева и страха.

- Ты готова, но оргазма не получишь, - спокойно констатировал он и без предупреждения начал неумолимо погружаться в меня, сдавливая одной рукой мое горло, а второй держась за край бортика. В воде ощущения были совсем другими, его член входил тяжелее и я всхлипнула от дискомфорта. Но он все же наполнил меня без остатка и, не давая опомниться, начал врезаться в меня, словно волнорез, разбивающий волны.  

Я обвила его поясницу ногами и от этого, хотя бы частичного, контакта с ним, с его теплым предплечьем, давившим на мою шею и грудь, его горячим животом и бедрами, вдавливающим меня в ледяной кафель, мой разум отключался, предавая меня - мое сопротивление его воле сходило на нет, а тело, соскучившись по его рукам, непроизвольно тянулось к нему, вопреки всем моим блокам.