Связанная на кровати, я мало что могла сделать, чтобы выразить себя. Если бы не кляп, я бы выкрикнула им все ругательства, что знала.

— Кларисса ударила тебя после теста? — спросил Джакс, и в его груди заклокотал низкий рык.

Я закатила глаза, не двигая головой.

Когда я вообще бывала без синяков?

От моего внимания не укрылось, что они пытаются выставить Клариссу какой-то злодейкой, хотя сами же крутились вокруг нее.

Мужчины правда считают женщин настолько глупыми?

Время тянулось медленно. Я смотрела на Джакса, не двигая головой. Воспоминания о стуле в секс-клинике в мире фейри заставили кожу покрыться мурашками, а сердце забиться чаще.

Они уже однажды поиграли со мной, и я не собиралась повторять этот аттракцион.

Какого черта я вечно оказываюсь связанной рядом с ними?

Насилие в комнате усиливалось.

Я сползла на спинку кровати и закрыла глаза.

Как мы вообще должны были двигаться дальше как группа?

Если я — огонь, то они — керосин.

С тех пор как мы попали в мир зверей, между нами полыхал адский пожар насилия.

Усталость от недосыпа, учебы (честно, худшее, через что может пройти женщина), физических нагрузок, голосов в голове, последствий контроля мужиков своей кровью и эмоционального потрясения от стаи с омегой в гоне — это было слишком для одной женщины.

Глаза жгло. Это определенно, из-за Ксеркса и гребанных гормонов гона. Затем слезы покатились по щекам.

Я просто хотела обниматься с Аран. Покурить какое-нибудь неизвестное зачарованное вещество. И спать до тех пор, пока мне не придется сражаться со сотней ужасающих альф, по сути, до смерти.

Неужели просить о капле покоя — это слишком?

Лицо Ашера вытянулось, когда он запустил руку в свои золотистые кудри:

— Черт, принцесса, не плачь.

Кобра прошипел:

— Не ведись на ее ебаные игры. Повзрослей уже, котенок.

Его слова жалили, но в голосе сквозила паника, словно он не знал, что делать. Теневая змея послала мне успокаивающие образы любви и поддержки.

Джакс тяжело вздохнул и наклонился вперед, осторожно убирая белые волосы, спутавшиеся у меня на лице.

Он тихо спросил:

— Как все зашло так далеко?

Ксеркс запрокинул голову, словно молился богу солнца:

— Она отвергла нас. Вот как.

Мои слезы высохли.

Я издала недовольный звук из-за кляпа и уставилась на него. Технически, я только что согласилась с нескрываемыми угрозами Дона.

Ксеркс был тем, кто немедленно заменил меня. Глаза Ксеркса были твердыми аметистами, когда он смотрел на меня в ответ, а его слишком красивые черты лица застыли, как гранит. Если бы я не знала лучше, я бы сказала, что у него вообще нет эмоций.

Что он ничего не чувствует.

«Черные Волки охотятся на него».

Мурашки побежали по коже, и я заерзала в своих неудобных путах.

Ашер протянул ладонь, словно умоляя:

— Должно было что-то случиться, раз она… поработила нас таким образом. Нам нужно выслушать ее.

— О, теперь ты весь из себя такой миролюбивый и рациональный. И это говорит шпион, который предал нас, — фыркнул Кобра, отмахиваясь от него.

Татуировки Ашера задвигались, когда он напряг мышцы, а рога удлинились:

— Долго ты собираешься, блядь, припоминать мне это? Я доказал свою верность.

Кобра развернулся и бросился на него:

— Ты никогда не докажешь свою верность.

Ашер рванулся вперед, и их грудные клетки столкнулись с глухим звуком:

— О, зато ты в десны целуешься с солдатом той женщины, которая, блядь, держала тебя в тюрьме всю жизнь? Повзрослей, нахрен. Ты используешь своих змей как оправдание, чтобы вести себя как гребанный псих, и меня это достало.

Раздалось предупреждающее шипение, оскал хищника, и я закрыла глаза.

Мне действительно стоило купить те дневники благодарности.

Приоткрыв веки, я выглянула на случай, если начнется кровопролитие, которое я точно не хотела пропустить. Если бы здесь были девушки, они бы хором скандировали:

«Драка!».

Я скучала по ним.

Джакс схватил каждого из них за загривок и растащил в стороны.

— Мы — стая, — сказал он спокойно. — Кобра, мы все чувствуем, что действия Ашера причинили тебе глубокую боль. Но ты уже простил его, так что хватит выебываться.

Ашер ухмыльнулся.

Джакс повернулся к нему с рыком:

— И мы все чувствуем, что ты до смерти боишься не заслужить одобрения Кобры, так что хватит его провоцировать. Если продолжишь в том же духе, ты его потеряешь.

Плечи Ашера опустились под гневным взглядом Джакса, и он вырвался из хватки великана. На этом Джакс не остановился и развернулся к Ксерксу, который неестественно застыл в углу комнаты.

Все это время он не переставал смотреть на меня.

— И, Ксеркс, хватит фантазировать о том, как ты душишь Сэди и ебешь ее у стены. Это отвлекает.

Я заерзала и внезапно заинтересовалась покрывалом на кровати.

Это что, шелк с золотыми нитями, вплетенными в красную ткань?

Очень художественно.