— Коваленко понимал, что с его дочерью творится неладное, и проводил над ней опыты. Как ты и сказал, он наверняка не единственный такой. Твоя пара говорила о тысячах случаев по всему миру, и это лишь те, кого вы сумели отследить. Какой реальный процент человечества рождается с этими дарами? Коваленко не может быть единственным, кто вычислил метачеловека — пусть даже не понимая до конца его природы — и решил покопаться в его мозгах.

Невысказанный вопрос повис в воздухе переговорной:

«Сколько времени осталось до того, как общество обо всём узнает?»

Локлан поджал губы под густой тёмной бородой:

— Пока всё зависит от нас, мы продолжим помогать им из тени. Это главное желание Морган — найти всех, кого только удастся, и дать им понять, что они не одни. — Он качнул головой в сторону левой стены. Хотя убежище строилось со звукоизоляцией, внутри самого здания звуки всё же просачивались. Я сомневался, что тугие медвежьи уши способны хоть что-то разобрать, но мой слух отчётливо улавливал приглушённые голоса Фэй и Морган. Пару раз до меня донёсся звонкий, беззаботный смех Фэй, и именно он помогал мне смирно сидеть на месте. — У моей пары золотое сердце. Она плакала, когда только представила, через что пришлось пройти этой девчонке.

Я понимал Морган. Мне самому изо дня в день приходилось сдерживать зверя, чтобы не пойти и не перерезать глотки Коваленко, Демидову и каждому ублюдку, превратившему жизнь Фэй в сущий ад.

— Мы можем рассчитывать на то, что Чёрный Клык сохранит тайну существования металюдей? — спросил Локлан.

Помедлив мгновение, я утвердительно кивнул:

— Они заслуживают покоя и права выйти к миру лишь тогда, когда сами будут к этому готовы. Фэй спасла наших подростков, вся стая перед ней в неоплатном долгу. Её тайна — а значит, и тайна остальных металюдей — останется нерушимой.

Гайя негромко откашлялась:

— Мы делаем это не только ради себя и тех шифтеров, что пропали без вести, — произнесла она. Для неё это было весомым заявлением: Холт, медведь, чьё тело со сломанной шеей нашли пару лет назад, приходился ей старшим братом. — В этих дерьмовых обстоятельствах мы оказались по одну сторону баррикад. А наши старейшины не устают повторять: это судьба, иначе и быть не могло, раз уж вторая половина нашего альфы оказалась метачеловеком.

— Сходящиеся тропы, — тихо пробормотала себе под нос Джунипер.

Она процитировала древнюю поговорку шифтеров: «Сходящиеся тропы, узнающие друг друга судьбы». Да уж, старейшины и все, кто истово верил в духов, без сомнения, видели глубокий знак в том, что метачеловек связал свою жизнь с морфом, чей народ страдал от похищений, напрямую связанных с опытами над теми самыми металюдьми.

«Я ждал тебя».

«Ты мне снилась».

— Кровавая Земля не успокоится, пока мы не выясним координаты этой лаборатории и не выставим преступления Коваленко напоказ всему миру, — заверил Локлан. Он постучал своим ручищем-пальцем по панели ПТП, явно действуя Джунипер на нервы. — Вы здорово сузили круг поиска. А что насчёт мест, где находили тела?

Джун нажала пару клавиш на планшете, и над картой поднялся новый информационный слой:

— Хаотично, без видимой системы, если не считать того, что трупы сбрасывали неподалёку от границ соответствующих стай, чтобы их непременно нашли. Они охватывают территорию всех шести округов и земли множества стай.

Взгляд Локлана ожесточился, и я легко угадал ход его мыслей:

— Им доставляет удовольствие возвращать нам наших мертвецов в таком виде.

— Фэй говорит, таков личный приказ Равены Моро, главы лаборатории. — Ещё одним касанием Джунипер вывела снимок женщины на встроенный в дальнюю стену экран. Это была старая фотография двадцатилетней давности. На ней Равена Моро представала едва перешагнувшей двадцатилетие выпускницей, ещё не знавшей Валентина Коваленко. Для столь юного возраста в её чёрных волосах уже белела седая прядь, щёки были покрыты оспинами, а взгляд в объектив казался… абсолютно пустым. Диплом университета и букет цветов она держала перед собой словно щиты. И Локлан, и Гайя брезгливо скривились при виде снимка. — Окончив университет с отличием по направлению нейробиологии, она приняла грант на дальнейшие исследования в Швеции и уехала туда, полностью оборвав связи с семьёй и друзьями. И хотя с тех пор её никто не видел вживую, она время от времени выходит на связь — полагаю, лишь для того, чтобы подать признаки жизни и избежать лишних поисков. Излишне говорить, что никакого гранта не существует и в Швеции её нет, верно?

— Ни одно её передвижение не всплывало в связи с Black Edge? — спросил Локлан.

— Ничего из того, до чего я смогла дотянуться. — Выражение лица Джунипер недвусмысленно говорило: «А если я не смогла найти, значит, этого нет в природе».

Я попросил Джун открыть отчёт по допросу охотников. Их тела уже покоились где-то в недрах Уилламетта и, если повезёт, сделают хоть что-то полезное, послужив удобрением для леса.

— Судя по всему, единственная ниточка — это водители, а их меняют подозрительно часто.

— Под «меняют» мы понимаем, что их пускают в расход, да? — с ядом в голосе уточнила Гайя.

Я кивнул: