Я расслабился и незаметно потянул носом её восхитительный аромат кедра и янтаря. Она выглядела хорошо, бодро и без дрожи. По словам Инайи, она проявила стойкость, достойную любого из наших. И я не мог не согласиться.

Тёмные волосы подлинными волнами спадали ей на плечи, прямые и блестящие. На ней был ещё один из комплектов одежды, которые я достал для неё, одолжив у женщин стаи со схожими параметрами, а босые ступни выглядывали из-под расклешённых джинсов.

Мне нужно достать для неё собственную одежду. И если какая-то часть меня посчитала это глупостью, ведь девчонка может и не задержится надолго, я заставил этот голос заткнуться. Вид Фэй в моём доме, босой и расслабленной, будил во мне самые сдвинутые, эгоистичные инстинкты.

Когда Джунипер и Майка вошли в зал, её взгляд метнулся к ним. На моём бете она задержалась на долю секунды дольше, но если у нее и возникло какое-то мнение или её впечатлили его ожоги и шрамы, она ничем этого не показала.

Этим она проявила куда больше выдержки, чем большинство кандидатов в стражи.

— Привет, — поздоровалась она.

— Фэй, знакомься, это мой круг. Джунипер — глава IT-отдела и биобезопасности стаи. Это Майка, мой бета. И где-то тут должен быть Фабиан, молча мозолящий всем глаза.

Фэй кивнула:

— Рада познакомиться. А это случаем не Фабиан?

Она указала на панорамные окна, целясь прямо в одну из веток сосны пондероза, которая годами отвоёвывала себе место над крышей дома. Вскоре её придётся подрезать.

Мы все так и застыли.

Сам Фабиан от неожиданности потерял свою засаду. При движении его золотистая шерсть слегка блеснула среди листвы. Однако Фэй не должна была его увидеть. Люди не просто не обладают способностью вот так запросто засекать хищников (оттого они и не стоят на вершине пищевой цепи, даже близко), но Фабиан к тому же был самым скрытным из Чёрных Клыков. Посему я уже больше года пытался уломать его давать уроки маскировки новичкам.

Фэй уловила перемену в выражениях наших лиц и опустила руку:

— Он ведь прятался, да?

Джунипер фыркнула от смеха:

— Ты только что умножила на ноль эго нашего Золотого мальчика. Спасибо тебе.

— Я не хотела.

— Спасибо, — повторила Джунипер и скорчила рожу Фабиану.

Упомянутый оскалил зубы и в один прыжок испарился.

Фэй вздохнула:

— Что ж, сгодится за доказательство всего того, что я собираюсь вам рассказать. Я… хочу сразу к делу и сказать вам кое-что важное.

Майка уселся в свое любимое кресло — один из самых старых предметов мебели в зале, подлокотники и обивка которого были растерзаны когтями и зубами нескольких поколений детёнышей.

Пружины и дерево затрещали под его огромным весом. Он впился враждебным синим взглядом в Фэй:

— Мы внимательно слушаем, — пробормотал он.

Я уставился на него, одновременно заложив уши назад — ягуар молча рычал внутри, — и мой лучший друг вздохнул и поглубже вжался в кресло. Он уловил посыл: «Не перегибай».

Я обогнул кофейный столик, который мелкие хулиганы в прошлом году обклеили речной галькой, наклейками, заклёпками и пивными крышками. Инайе идея так понравилась, что она залила всё это эпоксидкой, чтобы никто не порезался, и одобрила. Я указал Фэй на тыквенно-оранжевый диван. Едва она села, я скользнул следом, устраиваясь у спинки, ничуть не заботясь о человеческих условностях вроде личного пространства. На мой взгляд, те десять сантиметров, что разделяли нас, были чертовски щедрым проявлением вежливости со стороны ягуара, который непрерывно бил хвостом от запаха Фэй.

Джунипер задрала ноги на подушки оранжевого дивана (который когда-то был коричневым, а ещё раньше — синим) и заболтала ими поверх спинки. Если Инайя пройдет мимо и увидит её в такой позе, ей не миновать нагоняя. Её ореховые глаза постоянно метались с Фэй на меня. На лбу у неё не хватало разве что бегущей строки с её мыслями.

Было очевидно, что всё это внимание слегка смущало Фэй. Напряжение в её спине было настолько сильным, что, не удержавшись, я намотал прядь её волос себе на палец.

Она взглянула на меня через плечо, подарив мне близкий вид своих прекрасных глаз. Я не мог перестать думать о том, что её левый глаз словно вытесан из того же льда, что и ледники Нунавута. Тут же она резко отвела взгляд. Если она думала, что делает это незаметно…

— Полагаю, первое, чем вы задались, — это как я могу быть дочерью Валентина Коваленко, если официальная версия гласит, что у него нет детей. Вся история… сложная, и некоторых деталей я сама не знаю. Я узнавала всё по кусочкам по мере взросления. Но по крайней мере я знаю, кем была моя мать: Канон Минагава.

Это имя мгновенно отозвалось у меня в памяти:

— Основательница Hana Atelier?

— Да. — Фэй заложила прядь волос за ухо, очень деликатно потянув за неё, чтобы я выпустил локон. — Если вкратце: никто из них не хотел афишировать свои отношения, и уж тем более беременность. А если бы кто-то спросил моего отца, он ответил бы, что прятал меня ради моей же безопасности.

— Это не очень-то похоже на Коваленко, которого мы знаем, — пробормотал я.