Джакс зарылся ладонями в лицо и пробормотал что-то про то, что сестры сведут его в могилу, а Джинкс он лично отправит в самую суровую военную академию. При мысли о Джинкс, владеющей боевыми искусствами, меня аж передернуло.

— Где ты вообще этого нахваталась? — набросился на двенадцатилетнюю девочку Ашер, в то время как Ксеркс уставился на собственные клинки так, будто всерьез обдумывал идею заколоть себя ими насмерть.

Джинкс пожала плечами:

— Я много где бывала.

— Слышь, ты! — взревел Джакс. — Где тебя носило в два-то сука года?!

— Ну знаете. Бывало всякое.

Джинкс элегантно откусила кусочек и сделала глоток из хрустального бокала.

Аран по-прежнему сидела молча по правую руку от меня, гоняя по тарелке нетронутую еду и ноль внимания обращая на безумную малолетку, вещающую про сексуальные игры.

Ее плечи ссутулились еще сильнее, а пальцы механически продолжали расчесывать спину.

Блядь.

От этого ее зуда меня чуть не вывернуло наизнанку. Это служило вечным напоминанием о том, что она больше никогда в жизни не сможет заняться сексом без боли.

Я сжала нож для стейка с такой силой, что побелели костяшки, жалея, что не пытала королеву своей магией чуточку дольше, чтобы та прочувствовала всю боль, которую причинила Арану.

Громкий стук в прихожей и голос Уолтера, с кем-то беседующего у входа, прервали мои мрачные мысли.

Все за столом умолкли при звуках необычайно взволнованного голоса дворецкого.

Казалось, моя собственная черная тоска буквально притянула сюда новую беду.

— Я проверю. Сидите здесь, — скомандовал Ксеркс и быстрыми шагами вышел из комнаты.

Голос Ксеркса доносился глухо, но уже через пару минут он вернулся в столовую, за ним шел Уолтер.

Загорело-оливковая кожа омеги выглядела неестественно бледной, а пальцы нервно скребли по щетине от явного бессилия. В руке он скомкал ярко-красный листок бумаги с напечатанным текстом.

Ксеркс посмотрел на Аран, и тошнота в моем желудке превратилась в горсть бритвенных лезвий.

Я тревожно застучала пальцами по столу, интуиция вовсю орала, что ничего хорошего он сейчас не скажет.

Все замерли в ожидании.

— Высший Суд разослал листовки в каждый дом Серпентеса, — произнес Ксеркс, поднимая бумажку.

Сердце колотилось так дико, что ломило ребра.

Он зачитал:

— «Правительница из другого мира удерживается в нашем городе в заложниках. Она должна быть возвращена в посольство Высший Суда на Пятой улице. В городе объявлен режим чрезвычайного положения. Вызывайте нас, произнеся название нашей улицы на латыни».

Ксеркс глубоко вздохнул.

У меня внутри все оборвалось окончательно. Я уже догадалась, что он сейчас произнесет.

— Это законная королева мира фейри, — он сделал паузу и тихо добавил: — Арабелла Элис Иган.

Аран даже не дрогнула, лишь невозмутимо нагребла на вилку горку пюре.

Ксеркс продолжил читать:

— «Предполагается, что ее похитила женщина, сплошь покрытая шрамами, подозреваемая в полукровном происхождении. Обладающих любой информацией просят связаться с Высшим Судом».

Напряжение в комнате можно было резать ножом, а в голове шумело от коктейля отчаянного облегчения, что мое зачарованное кольцо надежно скрывает шрамы, и липкого ужаса за подругу.

Все ждали, когда Аран сорвется или хоть что-то скажет.

Когда она наконец подала голос, ее реплика свелась к следующему:

— У меня нет второго имени. Могли бы и исправить в ориентировке.

Она была настолько раздавлена, что ей стало уже плевать.

Мы снова влетели в дерьмо по полной программе.

 

ГЛАВА 35: СЭДИ

 

ПОКУПКИ

 

— Эм, тут какая-то ошибка, — сказала я, высовывая голову из примерочной.

Ксеркс привез нас в «торговый квартал» города, представлявший собой один огромный небоскреб. Центральная часть здания была полой, а вверх и вниз непрерывно сновал стеклянный лифт. Со всех сторон, уходя на сто двадцать этажей в небо, располагались магазины одежды, товаров для дома и всего остального, что только можно вообразить.

Это было далеко не то же самое, что крошечные прилавки на ярморках в мире перевертышей.

Я даже не подозревала, что на свете может существовать столько всякого хлама.

— Нет, никакой ошибки, — устало бросила Аран, отстукивая ритм ногой у раздевалки.

После вчерашней доставки листовок она сидела в углу комнаты, в темноте, с трубкой в зубах.

Она не пошла со мной спать и не разговаривала со мной.

Я заставила ее поехать с нами, зная, как она любит шоппинг. Она же резонно заметила, что я рискую получить смертную казнь, а она — быть принужденной править кровожадным миром. И все ради того, чтобы мы могли выбрать шмотки для долбаного БДСМ-клуба.

Я ответила, что игра стоит свеч.

Хотя я была почти уверена, что она согласилась на эту поездку лишь потому, что втайне надеялась на нападение, чтобы у нее появился повод кому-нибудь набить морду.