— Беременность длится столько же, что и человеческая. Чем сильнее родители, тем сильнее волчонок. А мой брат очень сильный волк и ты со стержнем. Ох, и настрадаетесь, когда придет время оборота. Я такое творила в свои пятнадцать лет… Но это будет не скоро. А в ближайшее время нужно начинать кушать много мяса или любого другого белка. Первое время наши дети живут только в стае, пока не научатся контролировать Силу зверя.

— Силу зверя? — переспросила девушка, присев.

— Собачий гипноз, как ты его назвала, — Вела произнесла это легко и без обиды. — Ребенок неосознанно будет влиять на окружающих, в том числе и на тебя. Непростой период, но мы поможем. Есть и огромный плюс в наших детках! Они не болеют простудными заболеваниями и прекрасно спят ночью. А днем, — с предвкушением произнесла она, — днем мы все будем рады помочь.

Лиле было еще трудно принять все, что ей рассказывали. Но она старалась ничего не упустить.

— Со следующей недели начнется ремонт, левая часть первого этажа будет в вашем распоряжении. Арнар сказал, что ты хочешь участвовать в оформлении.

— Он так сказал? — девушка немало удивилась.

— Да, перед отъездом.

«Действительно планирует, что я буду жить здесь, и очень долго жить. Эта мысль пугала, безусловно пугала. Но он и не говорил, что отпустит меня».

— Я не хочу жить всю жизнь в клетке, — вырвалось у нее.

— Не переживай, ему нужно успокоиться. И ты сможешь жить полноценной жизнью.

Только сколько лет пройдет до этого момента, никто не знает. Об этом Вела благоразумно промолчала.

— Обед через два часа, не опаздывай. Если что, зови. — Теплая улыбка, и Лиля снова осталась одна.

Остаток дня она гипнотизировала телефон. Носила в руках, боясь пропустить звонок родителей. К вечеру издергалась так, что любой звук оповещения приводил ее в волнение, окатывая горячей волной.

— Я уже не рад, что отдал его тебе. — Ар выхватил аппарат из рук.

— Не забирай, пожалуйста. — Лиля вскочила с дивана.

— Отдам утром, иначе так и будешь дергаться. Тут все, что ты просила. — Оборотень водрузил на стол коробку и бумажный пакет. — Планшет не твой, но сказали, что понравится. Ложись без меня, я приду ночью.

Лаконично и ясно, как в армии.

И действительно, Лиля почувствовала себя лучше без телефона. Весь день, потраченный на пустое ожидание, она наверстывала ночью. Освободила одну из полок от книг, переставив их на камин. Расставила свои сокровища. И, забравшись в постель, изучала новый планшет.

Из приоткрытого окна послышались мягкие шаги. Словно воришка, застуканный на месте преступления, девушка торопливо выключила планшет и притворилась спящей. Только закрыв глаза, поняла, как глупо вдет себя. Ведь Ар точно знал, что она не спит.

В домике послышалось тихое цоканье. Волк вошел практически бесшумно и лег у кровати. Сложив лапы, медленно опустил на них огромную голову и закрыл глаза.

На следующую ночь Лиля проснулась от жары. Спину припекало, словно она была прижата к включенному обогревателю.

Спиной к девушке мирно спал волк, развалившись на боку, на свободной стороне кровати. Он лениво отреагировал на шевеления, поднялся, перелег в ноги и положил свою голову, прижимаясь к боку девушки.

Лиля не могла представить, как их совместный сон выглядел со стороны, но ее маму бы точно хватил удар, увидь она подобное. Как ее дочь лежит в кровати с лютым хищным зверем, занимающим две трети пространства.

Когда Ар спал рядом в обличье волка, тревоги и страхи девушки отступали, тело окутывал кокон тепла, впитываясь и заполняя ее. Умиротворение и приятная тишина в мыслях помогали расслабиться.

План оборотня работал, и Лиля уже сама искала близости со зверем, нащупывая в темноте жесткую шерсть.

***

Прошел месяц с тех пор, как Лиля стала частью семьи Рокотовых. Внешне в девушке ничего не изменилось, насколько она могла судить по отражению в зеркале. Но, что действительно ее пугало, так это нечеловеческий аппетит. Холодильник маленького домика был всегда полон, и даже у кровати на тумбе стали появляться бутерброды с мясом — на случай непредвиденного ночного жора.

Константин навещал беременную раз в неделю, по воскресеньям. Брал кровь и уже привычным жестом облизывал палец, чтобы через пару секунд сказать: «Все хорошо!»

Мама и папа Лили? Они объявили родительский бойкот и не баловали частыми звонками. Решив наказать невниманием, объявили о том, что общаться они смогут с ней только после возвращения домой.

Как выяснилось, звонить-то Лиле особо и некому. Вся ее жизнь здесь — в маленьком домике в саду.

По-настоящему скучно стало в сентябре, когда Эля вышла на учебу. Митя, как и прежде, сопровождал ее, а Лиля проводила день в домике или у бассейна. Если забыть на время, что она здесь не по собственной воле, то жизнь была бы похожа на отпуск в шикарном отеле.

В большом доме ремонт шел полным ходом. Вела руководила переделкой, изредка показывая девушке макеты и интересуясь цветовой гаммой.