— Да у них всё равно никогда не было бы шанса, — вставляет технарь Дэн. — Мы используем глушилку сигнала, чтобы люди не могли совершать экстренные звонки по номеру 999. Я ещё отключу электричество, так что все тревожные кнопки тоже перестанут работать. — Он изображает руками фальшивый взрыв, и уголки моих губ приподнимаются.

— Лучше перестраховаться, — добавляет Гарри. Повернувшись к Дэну, он понижает голос до шёпота и прикрывает рот ладонью: — Он не доверяет моей работе.

Я наклоняюсь ближе, чтобы расслышать его, сдерживая смех, и снова смотрю на Гарри. Его самодовольная ухмылка исчезла, взгляд стал холодным, и он проводит пальцем по горлу.

— Я это видел, — говорит Дэн, даже не оборачиваясь. — У меня здесь повсюду камеры. Я знаю всё, что здесь происходит, и, если уж на то пошло, большую часть того, что происходит в Лондоне.

Гарри закатывает глаза.

Мы сидим за большим столом вместе с некоторыми членами команды, которые присоединятся к нам. Энди, Техногик Дэн и Оливер — среди тех, кто занимает места. Остальные — люди, которых я узнаю по встречам в коридорах. Гарри стоит и излагает планы, и трудно не возбудиться от того, насколько он альфа. Его внимательные глаза обычно привлекают мое внимание, но он в своей стихии. Люди смотрят на него с таким же восхищением, как на Босса, и я стремлюсь к тому же — быть любимой, как он.

Это ограбление готовилось несколько месяцев, что, по-видимому, является коротким сроком. Мы направляемся в банк «Уэзерс» на Оксфорд-стрит рано утром, вскоре после открытия банка, чтобы избежать обеденного наплыва и встретить как можно меньше людей. Согласно анализу потока посетителей, включая сотрудников, всего мы встретим одиннадцать человек.

Наше оружие предназначено только для демонстрации и не будет использоваться для причинения вреда гражданским, если только это не будет крайне необходимо. Гарри говорит, что прошло почти три года с тех пор, как кто-то пострадал во время ограбления, но он не вдается в подробности.

Пока он говорит, я упираюсь лицом в ладони и смотрю на него с пристальным вниманием. Поскольку это требует меньше всего работы, он объявляет, что я буду рядом с ним охранять главный вход. Энди и мужчина по имени Лерой займутся взломом сейфа, и так далее.

— Есть вопросы? — спрашивает Гарри.

Команда качает головами.

— Увидимся завтра утром. Всем отдыхать.

Я киваю, подчиняясь его приказам. Собрав свои вещи, я встаю, чтобы выйти за остальными, но Гарри преграждает мне путь.

— Кроме тебя, — говорит он. Когда комната пустеет, он проверяет, закрыта ли дверь. — Как ты себя чувствуешь по поводу завтрашнего дня?

— Я рада быть частью всего этого действа. — Я покусываю губу. — Я никогда не видела тебя в твоей стихии до сегодняшнего дня. Ты действительно знаешь, что делаешь.

— Это моя жизнь уже много лет, — признается он. — Но я обещаю тебе, это не так радужно, как кажется.

— Я сама решу.

Удивительно думать, что все вело к завтрашнему дню, все мои тренировки — физические и умственные — были ради того, что должно произойти. Я предана «Кругу», поэтому я не знаю, как переживу падение, если меня отвергнут. Я провела последние несколько лет в поисках своего призвания, и теперь, когда я уже почти у цели, позволить ему ускользнуть — не вариант. Мой взгляд прикован к цели… пока я не замечаю, как близко оказалось тело Гарри.

Мы естественным образом приблизились друг к другу, его вздымающаяся грудь всего в нескольких дюймах от моей. Как бы сильно меня ни притягивало к нему, я не могу позволить себе отвлекаться, когда я так близка к финишу. Я позволяю себе на секунду эгоистично насладиться его близостью, а затем делаю шаг назад.

— Мне пора идти. Завтра долгий день и все такое.

Гарри кивает, прочищая горло.

— Увидимся утром…

— Подожди. — Его челюсть напрягается, когда он с трудом произносит: — Останься со мной сегодня.

— Гарри, — вздыхаю я.

— Пожалуйста.

— Ты знаешь, что мы не можем этого сделать. Ты один из последних живых людей, которые мне действительно дороги, и я не могу страдать от последствий, если нас застанут за тем, чего мы не должны делать.

Он стонет, проводя рукой по волосам.

— Если тебе так не все равно, ты либо уйдешь, либо останешься со мной. Выбирай сторону.

— Не отнимай у меня эту возможность, Гарри. Что бы ни случилось в спортзале, это было ошибкой. Это не стоило риска потерять то, что у меня здесь есть.

Его глаза сужаются в уголках, зубы скрежещут. Все это время я борюсь с гримасой от своих слов, чувствуя их ядовитость на языке.

Я повторяю то, что он однажды сказал мне:

— Прояви ко мне милосердие.