Тот парень с хорошим ударом отправляет своего противника в нокаут, и толпа взрывается хаосом. Рефери начинает обратный отсчёт с десяти, но очевидно, что после такого удара никто не встанет. Поппи стоит у ринга, подпрыгивая на носочках в ожидании. Тем временем Джиджи в своей раздевалке. Я простоял у её двери почти час, раздумывая, идти ли к ней, но я чёртов дурак и решил не идти. Как только ручка повернулась, я бросился в другую сторону и опустил голову.

Боксёрский ринг не квадратный, как в обычных видах спорта, — он круглый, в знак уважения к корням этих людей. Всё это, блять, продажно, но я не могу отрицать, что когда-то был заинтригован и тоже попался на это дерьмо.

Идея драться, чтобы проверить, достоин ли ты кандидат, — жестокая, но я предпочёл бы этот вариант тому, чтобы Джиджи раздевалась догола в «Пиксиз» или убивала человека, как меня заставили.

Прежде чем я успеваю опомниться, Энди касается моего плеча, когда Поппи ныряет под канаты и выходит на ринг, ожидая противника.

— На кого ставишь?

— Отъебись, — говорю я.

— Не удивлюсь, если Поппи подложила что-то запрещённое в перчатки, — говорит Оливер, подходя ко мне.

Он мне нравится, но двое людей по обе стороны от меня действуют мне на нервы, создавая впечатление, что на меня смотрят со всех сторон. Я ещё не видел, где прячется Ричард, но я будто чувствую его преследующий взгляд за милю.

Джиджи ныряет под канаты и выходит на ринг. Даже не осознавая этого, моя правая нога начинает подпрыгивать, будто я нервный. Она маленькая, особенно по сравнению с Поппи, но я не сомневаюсь, что с достаточной тренировкой она стала бы чертовым воином. Но достаточно ли мы тренировались? Я сильно сомневаюсь.

Её глаза не находят моих, но я предполагаю, что они сказали бы мне, что она тоже нервничает. Не нужно быть гением, чтобы понять, что когда толпа людей наблюдает за тем, как тебя могут вырубить, это стрессово.

— Чувак, прекрати, — говорит Энди, имея в виду моё дрожащее тело.

Моё сердце бьётся так громко, что я уверен: если кто-то подойдёт ближе, он услышит это. Будто рыжая уже почувствовала это, Поппи поворачивается ко мне и демонстрирует свою фирменную усмешку.

Когда звенит гонг, возвещая начало боя, я замечаю, что раунды проходят быстро. Однако первые несколько минут тянутся как несколько часов, пока я наблюдаю с трибуны. В первом раунде я искренне думаю, что у Джиджи есть шанс. Она блокирует удары и наносит джебы в быстрой последовательности, даже добавляя несколько комбинаций. Если ей не удастся нокаутировать Поппи, она определённо сможет продержаться до финального свистка.

Второй раунд проходит ровно. Она наносит несколько ударов, и когда она разбивает губу Поппи, толпа ревёт. Её улыбка заразительна, и я чувствую, как мои губы расплываются, словно магнитом.

Блять, эта красивая женщина может действительно победить.

Но мои надежды разбиваются, когда Джиджи поворачивается после третьего звонка и пропускает нокаутирующий удар в затылок, который отправляет её на пол.

Глава 34

Джиджи

Эта грёбаная сука!

Врач в медпункте говорит, что у меня есть остаточные признаки сотрясения, но, помимо всего прочего, я здорова. Гарри сидит у моей кровати и задает врачу дополнительные вопросы, но я не слышу их сквозь ярость, заглушающую все звуки.

Поппи нанесла запрещенный удар после гонга, но рефери отдал победу ей. Я отключилась от удара и очнулась пять минут спустя в больничной койке. Из-за потери сознания меня вынуждены были осмотреть. Скоро меня отпустят восвояси — со сжатыми кулаками и парой обезболивающих.

Я не замечаю, что врач ушел, пока Гарри не поворачивается и не говорит:

— Ты хоть что-то слышала?

— Да, — рычу я.

— Все в порядке?

— Меня теперь исключат? — спрашиваю я о том, что действительно волнует. — Мне должны дать справедливый шанс. Эта сука… Аппарат, к которому я подключена, начинает бешено пищать в такт моему сердцу, и я дергаю провода, срывая их с себя, будто это зудящий слой кожи. — Блять!

— Успокойся, — говорит он, кладя руку мне на колено.

Я отталкиваю его.

— Не говори мне успокаиваться. Это все ее вина!

— Мы поговорим с Ричардом, не волнуйся, — уверяет меня Гарри.

— Поговорите о чем?

Босс входит как по заказу, руки глубоко засунуты в карманы пиджака, на его лице что-то вроде разочарования. Это горькое осознание, которое мне приходится проглотить, когда слова становятся бесполезны.

— Очевидно, этот бой недействителен, — говорит Гарри. — Нужно назначить реванш.

— С чего бы? — спрашивает Босс, заставляя меня сжать челюсть. — Ты видел, как рефери короновал нашего чемпиона. Не знаю, что еще вам обоим сказать.

Я резко поворачиваю голову к Гарри, безмолвно умоляя его исправить ситуацию. Его взгляд встречается с моим, прежде чем он отворачивается.

— Удар был нанесен после гонга! Она, блять…