Он застыл, потом осторожно взял ее за руки, отстранил и мягко отвел на пару шагов назад. Губы его искривились, когда он произнес:

— Я пришел не за тобой. Я пришел попрощаться.

Потому что, в конце концов, она все-таки была его матерью.

— Попрощаться? — закричала она. — Что ты имеешь в виду?

— Ты скрывала правду от Теона. От меня. Ты предала королевство Ариуса и пыталась убить Тессу, — холодно проговорил Аксель.

— Меня вынудили хранить эти тайны, — возразила она. — А предательство королевства Ариуса? Я предавала твоего отца, а не королевство. Ты хоть знаешь, что он со мной сделал?

— Знаю, — ответил он. — Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти.

—Тебе жаль ? — повторила она, и черты ее лица стали холодными и злыми. — Как будто это что-то меняет.

— Не меняет. Я это понимаю.

— Наверное, мне стоит быть благодарной. В конце концов, в итоге я получила тебя, верно?

— Я никогда не смог бы заменить другого ребенка, — ответил он.

— Это не то, что говорил твой отец, — язвительно усмехнулась она. — Мужчина. Запасной наследник. Я должна была гордиться тем, что подарила ему такую ценность после того, как в первый раз оказалась таким разочарованием.

— Но ты ведь никогда по-настоящему не любила меня, правда? — спросил Аксель, засовывая руки в карманы.

Она вздернула подбородок.

— Я делала все, что могла.

— Ты терпела меня. Использовала как оружие против Вальтера и Теона. Выделяла меня из чувства обиды, — продолжал Аксель. — Скажи, что я неправ?

Она молчала. Тишина тянулась почти две минуты, и она так и не подняла на него глаз. И тогда он понял, что прав.

— У меня есть сын, — сказал он, и ее голова резко вскинулась, изумрудные глаза расширились.

— Что? — ахнула она.

— У тебя есть внук, — повторил он. — Которого ты никогда не увидишь. Потому что ты останешься здесь. До конца своих дней.

— Я твоя мать! — крикнула она, рванувшись вперед и вцепившись в его руку. — Ты не можешь оставить меня здесь!

— Мою мать держали взаперти в Подземелье почти десять лет, — прорычал Аксель, снова стряхивая ее руки. — Она держала на руках моего сына. Качала его, чтобы он уснул. И только благодаря ей ты сейчас не в Загробном мире.

— Ты не можешь оставить меня здесь! — снова закричала Крессида, когда Аксель повернулся, чтобы уйти.

Он дважды постучал в дверь, и мгновение спустя она открылась. Выходя, он в последний раз оглянулся через плечо:

— Прощай, Крессида.

Ее яростные крики еще долго звучали у него в ушах, пока Источник Киры вел его прочь из этого небольшого места заключения. Когда они снова вышли на дневной свет, Аксель потянулся, чтобы снова накинуть капюшон.

— Дей? Не знал, что ты будешь здесь, — произнес Источник Киры, и Аксель повернулся посмотреть, с кем тот говорит.

У девушки были темно-рыжие волосы до плеч, челка касалась бровей над изумрудными глазами. На ней были облегающие брюки и рубашка, а на бедрах — ножны с кинжалами. Было ясно, что ее учили сражаться. Она прищурилась, изучающе глядя на него, и даже без клубящихся вокруг нее теней Аксель сразу понял, кто она такая. Он знал, что она на пять лет старше его и на несколько недель младше Теона.

Сунув руки в карманы, он остался стоять на месте, ожидая, что первый шаг сделает она.

Девушка поднялась на первую ступеньку лестницы, снова замерла.

— Ты ее сын? — спросила она.

— Она меня родила, — ответил Аксель. — Но я не считаю ее своей матерью.

Девушка не ответила, только продолжала его рассматривать. А ему было все равно. Он давно перестал переживать о том, что думают о нем другие. У него была семья, ради которой он готов был убивать, и целое Подземелье людей, за которых он нес ответственность. Если его сестра решит, что не хочет иметь с ним ничего общего, это причинит боль, но он справится. Он поймет.

— Айяна рассказывала мне о тебе, — наконец произнесла она, поднимаясь еще на одну ступеньку.

— И мне о тебе рассказывали, — отозвался он. — Но, думаю, ты знала обо мне куда дольше, чем я о тебе.

— Вероятно, — ответила она, делая еще один шаг вверх.

— Ты с ней говорил?

— В последний раз, — сказал Аксель, наблюдая, как туман теней вьется вокруг нее. — Ты с ней встречалась?

Она кивнула.

— Один раз.

— И что?

Ее губы сжались в тонкую линию.

— Она взглянула на мои тени и расплакалась. Рыдала о том, какой должна была быть ее жизнь, если бы она привела на свет Наследника Ариуса.

— Ее жизнь? — переспросил Аксель.

— Ты слышал.

Он фыркнул, не веря своим ушам, и коротко рассмеялся.

— Да, это вполне в ее духе. — он чуть склонил голову, изучая ее. — А теперь?

Она все еще стояла на четыре ступеньки ниже него, спина прямая, напряженная.

— Айяна вернется к своим сыновьям, а я… — она пожала плечами.

Аксель на этот раз сам спустился на шаг.

— Чего ты хочешь? Остаться здесь?