— Если вы сможете уйти отсюда только с кем-то одним, пообещайте, что заберете Прию.

— Что? — фыркнул Лэнг. — Нет. Вы обе пойдете с нами.

Она вздохнула:

— Лэнг…

— Нет! — перебил он, шагнув ближе и прижав ее к стене. — Вы обе пойдете с нами. Ты меня поняла? Ты не для того тащила нас через половину всех этих гребанных королевств, через лес Дремлющих Снов, и не для того заставила нас, черт возьми, не быть безразличными, чтобы мы тебя бросили. Вы с Прией обе уйдете отсюда с нами.

— Поклянись, — выдохнула она, глядя в его небесно-голубые глаза. — Поклянись, что вы уйдете отсюда вместе с нами обеими. Что, когда все будет сказано и сделано, вы не оставите нас. Что вы… поможете мне с ней. Это будет наш договор?

Он чуть склонил голову, будто прислушиваясь к чему-то, и она мысленно поклялась всем богам: если сейчас эти проклятые ветры сыграют с ней злую шутку…

— Я клянусь, что вы обе уйдете отсюда с нами, — произнес Лэнг, не отводя от нее взгляда. — Клянусь, что, когда все это закончится, ты не останешься одна. Ты и Прия — вы станете частью нашей семьи. Вот какой договор я заключаю с тобой.

— Согласна, — выдохнула она, сдерживая эмоции, которые рвались наружу, царапая горло изнутри.

Она не была сентиментальной. Эмоции были бесполезны.

Но она почувствовала легкое покалывание метки уговора на коже, чуть ниже лопатки. Затем оттолкнулась от стены и отпихнула его в сторону.

— Мне пора. Он скоро начнет меня искать. Я и так слишком задержалась.

Она выскользнула из ванной, метнулась на кухню, схватила бутылку спиртного и новое ведерко для льда, а затем поспешила обратно в его кабинет.

Вальтер поднял взгляд, когда она вошла, и его карие глаза смотрели на нее с презрением.

— Ты отсутствовала дольше, чем следовало, — холодно произнес он.

— Прошу прощения, мой Лорд, — ответила она, опустив взгляд в пол. — Мне нездоровится, моя сила сейчас на исходе.

— А кто в этом виноват, Эви?

— Я, мой Лорд, — тут же отозвалась она.

Подняв бутылку, она осмелилась взглянуть на него и заметила легкую усмешку.

— Подать вам стакан сейчас или позже?

— Сейчас.

Она кивнула, подошла к тележке с напитками, достала стакан, бросила туда несколько кубиков льда и налила спиртное. Она старалась унять бешено колотящееся сердце и выровнять дыхание, прежде чем отнести напиток ему.

Когда он брал стакан, его пальцы слегка коснулись ее руки. Затем он встал, вынудив ее отступить на шаг. Он облокотился о стол и, сделав глоток, принялся изучать ее взглядом.

— Сколько десятилетий ты принадлежишь мне, Эвиана? — задумчиво произнес он, покачивая содержимое стакана.

— Десятилетия, мой Лорд, — ответила она, лихорадочно соображая, к чему он клонит.

Он хмыкнул и, поставив стакан с тихим стуком, протянул руку. Кончик пальца скользнул по ее ключице.

— Десятилетия тренировок. Десятилетия моего времени и сил, вложенных в тебя.

Она молчала, а его пальцы тем временем спускались ниже, к ложбинке между грудей. Только тут она осознала, что Прии в комнате больше нет. Когда она уходила за спиртным, Прия была здесь, а теперь ее не было.

— А я все это время изучал тебя, — продолжил он. — Очевидно, недостаточно хорошо. Тебе по-прежнему удавалось скрывать от меня свои мысли и чувства. Впрочем, я не удивлен. Ты умна, но твои манеры…

Его пальцы медленно поползли обратно вверх.

— Ты ни разу не солгала мне прямо в лицо. До сих пор.

Ее глаза расширились, и она попыталась отпрянуть. Но он оказался быстрее, а она сейчас была слишком слаба. Его пальцы сомкнулись на ее горле, удерживая ее рядом.

— Не думал, что смогу разочароваться в тебе еще сильнее, — прорычал он ей на ухо. — Но ты умудряешься раз за разом доказывать, что я ошибаюсь. Объясни мне, как после всех этих гребанных десятилетий ты смеешь так со мной поступать, Эвиана?

Она не могла ответить, потому что он сдавливал ей горло. А потом она уже не могла говорить вовсе: дверь распахнулась, и в комнату втолкнули Корбина и Лэнга. Двое из трех находившихся здесь стражей, один из которых был из Наследия Ариуса.

Нет!

— Скажи мне, — произнес Вальтер, развернувшись так, что теперь стоял у нее за спиной. Он притянул ее к своей груди, крепче перехватив за горло. — Скажи, почему семилетний ребенок предан мне больше, чем мой чертов Источник?

Корбин и Лэнг смотрели на нее, широко раскрыв глаза, явно не зная, что делать и что сказать.

А потом она попыталась закричать сквозь хватку на горле. И тут тени Вальтера рванулись вперед и обвились вокруг мужчин. Оба закричали от боли: тени впивались, скручивались, сжимались. Они рухнули на колени, предметы в комнате летали по воздуху: Лэнг отбивался своей магией ветра. Корбин обратился, но магия не разбирала форм. Тьма оплетала кошачье тело так же беспощадно, как и Лэнга: душила, рвала кожу, пускала кровь.

Нет! Нет, нет, нет!