У нас ушло добрых двадцать минут на то, чтобы пересечь территорию, потому что ассасины то и дело останавливали Вандера, чтобы поздравить его. Немало людей звали его пойти отпраздновать, но он отказывал им простым: «Не сегодня». Я гадала, не больно ли ему куда сильнее, чем он показывает. Он шел так же гордо и уверенно, как и всегда. Рваная рана над глазом была единственной настоящей боевой отметиной, да и ту он скрыл, накинув капюшон, но он был на пределе. Его движения были дергаными и резкими, а желваки на челюсти сжимались и ходили ходуном каждый раз, когда очередной человек останавливал нас для разговора. От него так и веяло тревогой и раздражением.

Мы уже почти подошли ко входу в нашу башню, когда группа из троих окликнула нас, маша руками.

— Вайпер, это был эпичный бой! — сказал мужчина с россыпью веснушек и широкой улыбкой. — Мы всегда знали, что ты опасен, но это было нечто особым. Пошли с нами, мы угостим тебя выпивкой. Можешь даже взять с собой щенка, — он подмигнул мне.

— Щенка? Я думала, после сегодняшних утренних событий ты научился проявлять ко мне уважение, — поддразнила я.

Ассасин искренне расхохотался, и остальные двое — мужчина и женщина — присоединились к нему.

— А ты смешная. Косторез, верно?

— Ага.

— Отличное имя. Тебе повезло с наставником. Он лучший. И неважно, что болтают некоторые. В нашем мире всякое случается, а? — он толкнул меня плечом в плечо.

Он говорил о других учениках Вандера так, будто я знала эти истории. Мне следовало бы их знать, но часть меня не хотела этого. Они могли заставить меня посмотреть на него иначе.

— Так что скажешь, Вайпер? В «Ром и барабаны Голдмана»?

Он отвернулся, желваки на его челюсти снова сжались. Молчание становилось неловким.

Я наконец прокашлялась.

— Он не в настроении. — Вандер просто кивнул в знак согласия. Его стально-голубые глаза буквально молили об побеге. Он напоминал мне дикого зверя, попавшего в капкан. И я никак не могла понять почему. Он ведь только что выиграл бой. Я думала, он будет праздновать и радоваться. Его поведение заставляло меня нервничать.

— Похоже, твой наставник — не единственный, кто проявляет гиперопеку, — мужчина снова рассмеялся. — Тогда в другой раз.

Троица удалилась, а Вайпер поспешил к нашей башне, пока кто-нибудь еще не начал донимать его. Он стремительно взбежал по лестнице и направился прямо в купальню.

Что-то было не так. Я шагала из стороны в сторону. Что, если он скрывает, насколько тяжело ранен? Что, если он прямо сейчас там, корчится на полу от боли или пытается ее сдержать? Я тихонько постучала в дверь. В конце концов, именно из-за меня он дрался и получил травмы.

— Вайпер, тебе больно? Я могу чем-нибудь помочь?

— Я в порядке. — Его голос прозвучал грубо и напряженно.

— Я позволила тебе помочь мне, хотя и не хотела этой помощи.

— Потому что тебе она была нужна, а мне — нет.

— И ты собираешься зашивать этот порез над бровью совершенно один? — Я сложила руки на груди и прижалась лбом к двери. — Я умею. Я за свою жизнь немало ран зашила.

— Я сам справлюсь.

Я уставилась на дверь, представляя, где именно за ней он стоит. Упрямец.

— Принимать помощь время от времени — это нормально. Даже от своего ученика. Ты хотя бы чистую одежду хочешь? Я могу принести…

— Нет. Просто оставь меня в покое.

Мое сердце медленно опустилось. Я услышала звук льющейся воды и принялась мерить шагами свою половину комнаты. Мои сапоги издавали размеренный стук, стук, стук. Некоторые люди, особенно мужчины, терпеть не могли принимать помощь, но здесь ощущалось нечто иное. Я знала, что он не злился на меня, даже если его голос звучал именно так.

Когда он наконец вышел из купальни — с зачесанными назад, все еще мокрыми волосами, одетый лишь в черные штаны, — я замерла. Он замялся в дверном проеме, а затем срезал путь к своей половине комнаты. Мои сапоги громко стучали при каждом шаге, когда я обогнула занавеску и встала в ноги его кровати. Желтеющий синяк на его скуле казался почти зажившим. Порез над бровью закрывала повязка. На ребрах виднелись незначительные кровоподтеки, но они были желтыми, будто получены несколько дней назад.

— Вайпер, я… — Он повернул голову. — Я хотела еще раз сказать тебе спасибо. Ты не только спас меня от плетей, но и не дал Бисту полосовать меня, да и вызов Дреду — это куда больше, чем я могла просить. Надеюсь, когда-нибудь я смогу отплатить тебе за все, что ты для меня делаешь. — Я улыбнулась, надеясь получить улыбку в ответ. — Одно только обучение стоит невероятно многого.

— Что ж, ты никогда не хотела быть здесь, а это мой долг. — Он отвел взгляд и поспешил мимо меня к своему гардеробу. Он с раздражением принялся рыться в своих вещах и в конце концов натянул чистую форму ассасина.

Я с трудом сглотнула. Долг. Это все, чем я была для него, и мне нужно было об этом помнить. Хотя я и ожидала более теплого ответа.

Затем он обулся в сапоги и накинул капюшон.