Сделав пару поворотов, Эндрю распахнул массивные двойные двери из темного дерева и вошел в большой конференц-зал. Джейн и Виктор проследовали за ним, но я на секунду замерла на пороге: кожа на плечах мгновенно покрылась мурашками, пока я сканировала помещение изнутри. Ни окон, ни других выходов. По периметру зала застыли четверо охранников в темно-синей униформе, и каждый из них намертво зафиксировал взгляд на малейшем нашем движении. Одним из этих конвоиров оказался Мистер Идеальные Брови, а вторым — Чувак с Лодочной Станции. Оба — первостатейные говнюки, и я знала это как никто другой. Чуть поодаль от остальных стояла женщина в форме; вся её поза дышала спокойствием и профессионализмом. Подтянутая, крепкая, но без лишней массивности, со строгой, но симпатичной стрижкой-каре до подбородка, проницательными голубыми глазами и челюстью чуть более квадратной, чем требуют каноны классической красоты. На ней были такие же темно-синие тактические брюки, как и на остальных, но футболка была темно-серой, на ремне висели сразу две рации, а сама она была окружена неоспоримой аурой власти. «Главная по безопасности, не иначе», — решила я. И, разумеется, весь персонал был вооружен до зубов: обычные стволы и транквилизаторные пистолеты сидели в кобурах в полной боевой готовности.

Я прикинула наши шансы. Трое заправленных под завязку зомби против пяти людей-охранников. Легкая добыча, если дело дойдет до драки, если бы не эти чертовы пистолеты с транквилизатором. Мне не нужно было оканчивать академию спецслужб, чтобы понять: запереть нас в этой комнате было проще пареной репы.

«Но Николь не получит помощи Джейн, если выкинет такой фокус», — успокоила я себя, проходя глубже в зал. Я ни на секунду не сомневалась, что Джейн говорила чистейшую правду, когда заявляла, что подстраховалась на случай ЧП и «Сабертон» гарантированно взлетит на воздух, если с ней что-то случится. Звучало как мощная страховка. Вот только я не могла отделаться от мысли, что это как судебный запрет: работает ровно до тех пор, пока человек его боится.

И всё же все риски разом показались оправданными, стоило мне увидеть Пьетро Иванова, сидевшего на дальнем конце стола. Он выглядел абсолютно истощенным, плечи понуро опущены. Его левая рука была замотана марлей, но он был жив и в относительном порядке. Мой взгляд снова вернулся к его руке. Это давало ответ на вопрос, какую именно часть тела Николь решила ампутировать. Но какого хера она до сих пор в бинтах? На мозговой диете всё должно было уже давно отрасти заново.

Я скрыла недовольную гримасу. Очевидно, его кормили далеко не так сытно, как соловьем заливался Эндрю. Пьетро, скорее всего, получал самый минимум мозгов, чисто чтобы не протянуть ноги, но для регенерации этого явно не хватало. С другой стороны… почему бы не подлатать его ради этой демонстрации? В этом не было логики.

Рядом с Пьетро высился Мистер Идеальные Брови, и я одарила охранника максимально ненавидящим взглядом. Тот в ответ ублюдски ухмыльнулся, а затем демонстративно окинул меня оценивающим взором в стиле «я видел тебя голой». Ну и гондон же всратый.

Пьетро медленно и с видимым усилием поднял голову, словно она весила добрый центнер. Мое недоумение только росло. При таком уровне дефицита мозгов и дикой усталости у него уже должны были проявиться первые признаки разложения, однако я не уловила ни малейшего трупного запаха и не заметила никаких следов гнили.

Взгляд Пьетро сфокусировался прямо на Джейн. На его губах промелькнула слабая улыбка, но при виде её здесь, в самом сердце вражеской цитадели, его лицо тут же прорезали глубокие складки тревоги.

Прежде чем мы успели сделать хоть что-то, кроме как молча уставиться друг на друга, в зал вплыла Николь Сэйбер — чисто королева на собственном балу. Она прикрыла за собой дверь и натянуто улыбнулась:

— Ну вот мы все и в сборе. Конгрессвумен Пеннингтон, я свою часть сделки выполнила.

Джейн одарила Николь презрительным взглядом, после чего двинулась к торцу стола, а я пристроилась след в след за ней.

— Пьетро?

Он поднялся на ноги при её приближении; движения его были мучительно медленными и выверенными.

— Джейн, тебе нельзя здесь находиться. — Его голос был хриплым, надтреснутым. Его глаза на миг метнулись ко мне, после чего снова вернулись к Джейн.

— Я должна была тебя увидеть, — ответила она. — Должна была лично убедиться, что с тобой всё в порядке.

— Бывало и лучше, бывало и хуже, — произнес он, а затем качнул головой в сторону Николь: — С чего вдруг она тебя сюда пустила?

Слабая улыбка тронула губы Джейн:

— Я сделала ей предложение, от которого невозможно отказаться.

Понимание зажглось в его глазах.

— Контракт… — начал было он, но Николь резко его оборвала.

— Хватит пустой болтовни, — отрезала она. — Вы увидели то, ради чего сюда пришли.

Взгляд, которым Джейн наградила Николь, мог бы прожечь дыру в бетонной стене.

— Я ясно дала понять, что хочу увидеть Пьетро и лично оценить его самочувствие, — холодно произнесла она. — И я этого еще не сделала. — Полностью проигнорировав хозяйку кабинета, она снова повернулась к Пьетро: — Тебя нормально кормят?

— Сносно. Тебе не стоит об этом переживать. — Он протянул руку и сжал ладонь Джейн своей здоровой, незабинтованной рукой, но его глаза в очередной раз сфокусировались на мне. Он пытался мне что-то сообщить? Или транслировал какое-то секретное зомби-послание? Если так, то я его абсолютно, блядь, не догоняла.

— Твоя рука холодная как лед, — промурлыкала Джейн так тихо, что я сильно сомневалась, что хоть кто-то из людей в этой комнате мог её расслышать. Она погладила большим пальцем его ладонь. — Тебе выдают достаточно мозгов?

Взгляд Пьетро резко вернулся к Джейн, в его глазах вспыхнула тревога, но они тут же снова помутнели от усталости.

— Ты…

Она взяла его ладонь в обе свои, пока я изо всех сил старалась казаться очень, очень, очень неинтересной и не заслуживающей внимания. Пьетро не пришлось бы долго ломать голову, чтобы сообразить, кто именно проболтался.

— Да, Пьетро, — сказала Джейн. — Я знаю, и я всё понимаю.