Дэвис и капитан обрушили потоки пламени на эспланаду и здания внутреннего двора. Все горело: слизь, люди и здания. Они наблюдали, как черный дым поднимался траурным столбом, затем Вигго опустил голову, сосредоточился на своих ногах и последовал за капитаном на север, в Лонг-Эйкр. Там было полно брошенных автомобилей, но, к счастью, больше не было плавящихся трупов.

В отличие от тихих улиц на юге и западе, перекресток Хай-Холборн кипел жизнью. Капитан направился к грузовику, который выглядел как место, где можно найти кого-нибудь, кому можно отчитаться, оставив Вигго и Дэвиса избавиться от огнеметов и насладиться столь долгожданным перекуром. За северным краем контрольного заграждения собралась большая толпа, и Вигго не удивился, увидев там старого Джорджа, махающего тростью, чтобы привлечь его внимание. Вигго подошел к нему.

- Как дела, старина?

- Теперь лучше, раз вижу, что ты все еще с нами, - ответил Джордж, а затем склонился вперед, как бы замышляя что-то. - Нам нужно поговорить. Есть кое-что, о чем я тебе не рассказывал. Кое-что, чего нет в дневнике. Это должно быть государственной тайной, но я думаю, что время для всей этой чепухи уже давно прошло, не так ли? Это важно. Не хочешь выпить пинту?

-Джордж-

- Это было в шестьдесят восьмом, в разгар Холодной войны, - начал Джордж. Он, Вигго и Дэвис снова оказались в баре "Таверна Королевский Путь", где, кроме них и подобострастного бармена, только что принесшего кружку пива и тостов с сыром, никого не было. - Мы с профессором годами не давали о себе знать. Он погрузился в какие-то исследования, которые оказывались скучными, но давали ему возможность отдохнуть, а я перешел на службу в Уайтхолл и в некоторые из более бюрократических властных структур. Я рассчитывал, что пока что буду заниматься тем же самым, постепенно сдавая обороты в преддверии окончательного ухода на пенсию и забвения. Но тут мне позвонили - и ни много ни мало из Министерства обороны - и вызвали на срочное совещание. Можете себе представить мое удивление, когда я обнаружил, что профессор уже был там, когда я вошел.

Нам не дали возможности поностальгировать о старых временах. Человек в костюме, столь же сером, как и его лицо, заставил профессора подписать Закон о государственной тайне - я уже был одним из подписавших - после чего нам задали несколько общих вопросов о том, над чем мы работали со времени "проблемы в Оксфорде". Только после того, как они убедились, что мы вряд ли являемся агентами "железного занавеса", стремящимися проникнуть в британское правительство, нам раскрыли причину, по которой нас вызвали.

- У нас есть образец, - сказал человек в сером костюме. - Не из Оксфорда, а из Британской антарктической экспедиции. Судя по вашим описаниям того, с чем вы столкнулись, мы полагаем, что это похожее, если не идентичное явление. Поскольку вы двое - единственные люди, которые тогда видели это как следует, нам нужна ваша оценка.

- Я скажу вам свою оценку прямо здесь и сейчас, - ответил профессор. - Налейте на эту проклятую штуку немного соляной кислоты и уходите. Любой другой способ действий - чистейшая глупость.

Возражения профессора скатились с человека в серым костюме, как вода с утиных перьев. Нас спустили в недра Уайтхолла, в старый кирпичный бункер; я слышал о нем слухи, но до тех пор никогда по-настоящему не верил в его существование, поэтому был еще больше удивлен, когда мы спустились по другой лестнице и оказались на железнодорожной платформе.

- Черчилль построил это во время войны, - сказали нам. - Все в строжайшей тайне. Используется старая линия Королевской почты, но он подготовил ее под свои нужды, и с тех пор мы ею пользуемся.

- Куда она ведет? - спросил я.

- Туда, где мы храним то, что не хотим показывать публике, - ответил он, но больше ничего не стал говорить.

Все, что я знаю, - это то, что поезд вез нас на восток, и в какой-то момент я мельком заметил вагон метро, проносящийся мимо в соседнем туннеле. По моим предположениям, нашим пунктом назначения было какое-то место к востоку от Чаринг-Кросс, под Эмбанкментом. Это был лабиринт замурованных кирпичом коридоров и еще более древних каменных камер. Я бы ничуть не удивился, обнаружив, что часть из них восходит к временам Римской империи.

Министерство обороны устроило там внизу нечто вроде лаборатории, в конце коридора с закрытыми металлическими дверями, которые нам не разрешали осматривать. Да и сама лаборатория была достаточно мрачной. Когда они сказали, что у них есть "образец", я представил себе что-то в пробирке. Резервуар, в котором она находилась, имел размеры десять на четыре на три, и содержимое в нем плескалось, словно движимое какой-то невидимой приливной силой. Я, конечно, сразу же его узнал; это было то же самое вещество, или почти то же самое - разницы, черт возьми, не было. Чиновник хотел узнать, узнали ли мы его, но у меня сначала были свои вопросы.

- Где его нашли?

Он помялся, но наконец ответил.

- В озере под почти километровым слоем льда. Мы пробовали некоторые экспериментальные методы бурения и...