Повторения так и не последовало. Раздался еще один шипящий шум, а затем наступила тишина. Вигго не стал обращаться к капитану за разъяснениями. Он продолжил продвигаться глубже в туннель.

Его предчувствие оправдалось через десять минут спуска, когда они вышли на давно заброшенную платформу. На станции не было ни поезда, ни признаков жизни, зато повсюду лежали маслянистые остатки, а над всей территорией висела мерцающая аура. С дальнего конца станции, из открытого металлического проема, лился электрический свет. Вигго жестом показал, что направляется туда, и пошел вперед, а остальные следовали за ним по пятам - все трое держали пальцы на спусковых крючках своих огнеметов.

Дверь придерживали частично разложившиеся останки двух тел - чуть больше, чем ошметки и скелеты, - и один полностью сохранившийся ботинок: кожаный, с перфорацией и, на взгляд Вигго, чертовски дорогой.

- Что бы здесь ни произошло, это случилось совсем недавно, - прошептал он. - Будьте начеку, ребята, мы входим.

Коридор внутри был в лучшем состоянии, чем платформа снаружи. Кирпичная кладка была относительно недавно побелена, светильники - современные, почти слишком яркие после их блужданий в полумраке, и они прошли мимо металлических дверей, все плотно закрытых и оснащенных самыми современными системами безопасности. Однако ниже уровня дверных ручек дело обстояло иначе: слизь просочилась здесь и оставила блестящий след на полу и стенах, хотя Вигго пока не мог определить, шла ли она внутрь или наружу.

Ответ на этот вопрос они получили в конце длинного коридора. Здесь они обнаружили еще одну открытую дверь, приоткрытую полусъеденными телами. Вигго осторожно перешагнул через вонючую кучу и вошел в комнату за ней. Это было более просторное помещение с высокими потолками, которое, судя по компьютерам, спектрометрам и герметичным рабочим отсекам вдоль стен, когда-то было чем-то вроде лаборатории. Единственной вещью, свидетельствовавшей о давних временах, был огромный радиоприемник времен Второй мировой войны, висевший на стене ближе всего к двери.

- Бродсворд вызывает Дэнни Боя[6], - пробормотал Вигго, выйдя в центр комнаты.

На дальней стене стоял стеклянный резервуар, или, вернее, его остатки, ведь стекло разбилось и было разбросано среди обломков и слизи на полу.

Вигго перешагнул через еще одно тело - от него остались лишь грудная клетка и ноги - и присмотрелся к резервуару повнимательнее. Он был подключен к широкой трубе сзади, уходящей в темноту. Стенки трубы блестели от слизи.

- Они изучали еe здесь, - тихо сказал Вигго, указывая на остатки резервуара. - Но я думаю, онa ушлa вот туда.

Он указал на трубу.

Бэнкс кивнул в знак согласия, но тут же испуганно посмотрел, когда Вигго залез в разбитый резервуар.

- Куда это ты собрался, парень?

- При всем уважении, капитан, мы не проделали весь этот путь, чтобы смотреть на разбитое стекло и ужин этой твари. Нам нужно узнать, что там, за трубой. Мне это не нравится, и я уверен, что тебе тоже... но что еще нам остается?

- А у меня есть право голоса? - спросил Дэвис, стоя за их спинами.

- Нет, - ответили Вигго и Бэнкс хором, и в тот же миг вся напряженность, которая до этого витала в воздухе, испарилась, когда все трое рассмеялись.

- Ладно, Вигго, - сказал Бэнкс. - Поступим по-твоему. Так я смогу свалить всю вину на тебя, когда все пойдет наперекосяк.

- Как всегда, капитан, - ответил Вигго и направился к трубе.

-Вигго-

Он осторожно пробрался через очередную кучу осколков стекла и остановился перед зияющей горловиной трубы, пристально вглядываясь в темноту, прежде чем включить налобный фонарь. Он с облегчением вздохнул, когда на него ничего не нахлынуло, а свет фонаря осветил лишь блестящие стены, уходящие в еще более густые тени.

Воздух пах сыростью и затхлостью, словно старый колодец, в котором слишком долго не было свежей воды. Труба была как раз достаточно высокой и широкой, чтобы он мог пробраться через нее боком, не опускаясь на руки и колени, так что за это, по крайней мере, стоило быть благодарным, ведь ему не хотелось слишком близко подходить к слизистым отложениям.

Он осторожно зашел внутрь и услышал, как остальные пробираются по дну резервуара позади него. Через пять ярдов труба расширилась, и он оказался в помещении, которое казалось гораздо более просторным. Он осветил фонариком и увидел, что это было еще одно замурованное помещение - какая-то старая кладовая, почти десяти ярдов в окружности, с забетонированным выходом прямо напротив него и высоким сводчатым кирпичным потолком над головой.

Пол, казалось, был покрыт мерцающей маслянистой радугой, и когда он шагнул вперед, его ноги погрузились в вязкую жидкость, почти полностью покрывшую носки и пятки его ботинок.