Судя по всему, пока Намади был боссом, его телохранитель мог делать все, что вздумается, в масштабах всего города. Намади не был жрецом вуду. Что касается Тунжи, то его способности еще предстояло оценить. Я не очень хорошо разбираюсь в западноафриканской мифологии, но такие существа, как Тунжи Малу, можно разделить на несколько категорий. Он мог быть одним из проклятых, некогда бывших людьми, но утративших человеческий облик. Иногда их называют недочеловеками (но, как правило, никогда не называют их так в лицо). Примером таких существ являются зомби. С другой стороны, асанбосам мог быть фейри, представителем одной из низших рас из Преисподней. Я не слишком люблю Преисподнюю. Это дикое место, где все пропитано извращенной жизнью и черной кровью. К этой категории относятся пауки-трикстеры ананси. Судя по тому, что я видел, можно предположить, что и Тунжи тоже. Вот только он был гуманоидом. И более разумным. Я предположил, что он был сильваном или каким-то демоном. На самом деле не имело значения, владеет ли вампир магией или сам является воплощением магии. Одно было ясно: он был не от мира сего. Он не вписывался в естественный ход вещей. Несколько раз водитель называл Тунжи непобедимым, произнося его имя благоговейным шепотом, словно речь шла о легенде. Я понял, что легенды часто переоценены, но в них часто есть доля правды. Что касается более практичных вещей, то я узнал адрес особняка Намади в Коконат-Гроув. Водитель предложил мне "Хаммер". Машина ему была не нужна, но я не хотел иметь к ней никакого отношения. Уважаемого общественного деятеля больше нет в живых. Полиция не обрадуется, если узнает, что кто-то завладел его угнанным автомобилем. Вместо этого я согласился на поездку и на прощание пожелал водителю лимузина удачи. Только когда он высадил меня, я снова вспомнил о коте. Я заглянул в салон, но его там не было. Я не чувствовал его присутствия. Я предположил, что он получил пулю в лоб. Это исчезновение было немного тревожным, но у меня были более серьезные проблемы, о которых стоило беспокоиться.

Я знал, что лучше не оставаться на улице. Из всех мест, где можно было затаиться, я выбрал стриптиз-клуб, где пил двенадцатидолларовое пиво и пялился в свой телефон, а не в девушек. (Ладно, я время от времени подглядывал). Эти заведения не отличались искренностью. По иронии судьбы, это было, пожалуй, единственное место в городе, где у меня еще оставались друзья.

Примерно на час я забился в дальний угол, спрятав лицо в тени. Обычно этого было достаточно, чтобы меня оставили в покое, но тут новая девушка каждые пять минут предлагала мне танцевать приватный танец.

Оглядываясь назад, я понимаю, что это глупо, но когда мне было чуть за двадцать, я частенько развлекался в стриптиз-клубах. Я знал, что силикон и улыбки были иллюзией, но это была игра, которая мне нравилась. Флирт, придуманные истории, руки, обнимающие тебя за плечи. Теперь я огляделся и увидел только отчаяние и испарину.

Вау, послушайте меня. Большинство людей проживают целую жизнь, прежде чем начинают говорить, как их родители. Я? Десятилетие пролетело в мгновение ока, и я только что процитировал своего отца.

Всегда труднее всего слышать то, что тебе больше всего нужно слушать.

Я взял еще пива и выпил, размышляя о друзьях и врагах. Ни то, ни другое не оказалось совсем таким, как я себе представлял.

— Хочешь потанцевать? — спросила соблазнительная красотка в бикини, которое было на три размера меньше, чем нужно.

Я наклонился вперед, и тень упала с моего лица.

— Привет, Милена.

Она вздрогнула. Ее реакцией было прикрыться, что, на мой взгляд, было странно, учитывая место проведения. Она очень быстро перешла от скромности к негодованию.

— Циско, ты мудак!

— Что я еще натворил?

Она шлепнула меня по руке.

— Мне не нравится, когда мои друзья приходят сюда.

Я поднял руки, сдаваясь.

— Я здесь не для того, чтобы создавать проблемы. Честно.

Внезапно появился тупица, который посрамил старые плакаты с Арнольдом.

— У вас какие-то проблемы?

Прежде чем я успел отказаться от своего предыдущего обещания, вмешалась Милена.

— Извини, Майк. У нас все в порядке. Я как раз уговаривал свою очаровательную клиентку угостить меня сексом на пляже.

Он кивнул и подозвал официантку с коктейлями.

— Ты же знаешь, что это обойдется мне в пятнадцать баксов, верно?

— Двадцать, — сказала она, присаживаясь. — И это чертовски разбавлено. Но тебе придется платить за мое время, когда я работаю.

— Пока я плачу... — начал я.

Милена ткнула в меня пальцем.

— Даже не смей шутить по этому поводу.

Я пожал плечами. Для нее это был деликатный вопрос. Я мог это понять. Официантка вернулась с чем-то вроде сока в бокале для мартини. Я озадаченно посмотрел на напиток, пытаясь понять, зачем кому-то его пить.

— Что случилось? — спросила Милена. — Я могу уделить тебе пять минут. А потом ты уходишь.

Я присвистнул, одновременно впечатленный и встревоженный. Это была уже не та Милена Фуэнтес, которую я знал. И дело было не только в пышных бедрах и большой груди. Она прошла долгий путь. Милена была сильной. Она перевернула все с ног на голову и добилась чего-то, может, и не хорошего, но лучшего.

— Эй, — скомандовала она, щелкнув пальцами. — Выше нос.

Я кивнул.

— Мне нужна твоя машина.

Она пожала плечами.

— И всё? Ты меня напугал.

— Дело не в этом, Милена. Мне нужна твоя помощь. Я понимаю, что прошу о многом, но ты единственная, кому я могу доверять.

Она отпила свой "напиток" и откинулась на спинку стула.

— Ну вот, теперь ты драматизируешь. У тебя много друзей, Циско.

— Ты удивишься. То, что я сделал сегодня... — я уставился на пиво в своей руке. Я делал всё, чтобы не смотреть ей в глаза. — Возможно, это навредило Эвану. Его карьере. Его семье. Его тихой жизни.

— Что ты сделал?

— Просто сказал правду. Последствия могут быть неприятными.

Милена накрыла мою руку своей, привлекая моё внимание.

— Циско. Никто не осудит тебя за то, что ты хочешь получить ответы. Особенно Эван.

— Он хотел, чтобы я держался от него подальше, но я этого не сделал.

— Он тебя простит.

— Я в этом не уверен, — сказал я. — Он хотел, чтобы я уехал из города.

— Если тебя пытаются убить, это не такая уж плохая идея, — возразила она. — Дело было не в моей безопасности. Дело было в его.

Она покачала головой.

— Это безумие.

Она залпом допила свой коктейль.

— Я не могу ему доверять, Милена. Больше не могу.

— Эван никогда бы тебя не предал. Он настоящий друг.

Я фыркнул, и это прозвучало агрессивнее, чем я хотел.

— Он в этом замешан, Милена. Может, когда-то он и был моим другом, но десять лет, это долгий срок. Я не могу винить его за то, что у него появились новые приоритеты.