Оргазм обрушивается на меня раскаленными волнами, я извиваюсь и кричу. Дикий, пронизывающий оргазм — словно октябрьская буря, зародившаяся в самой моей глубине, — расходится волнами, затмевая любые чувства и мысли. Я чувствую только его — моего мистера Боунджанглса.

Глубокий рокот поднимается из его костей — настолько мощный, что мне кажется, будто я слышу его как громкий стон, — этот звук помогает мне пережить последние волны оргазма.

Я обессиленно опускаюсь на его лицо, прижимаясь грудью к его глазницам, а он обнимает меня, пока его рука осторожно выскальзывает из моего тела. Когда дыхание наконец выравнивается, он осторожно укладывает меня на бок и прижимается всем телом.

— Охренеть, Би Джей. Это было невероятно, — выдыхаю я и тут же слышу приглушенный вздох и шорох снаружи палатки.

Мы оба замираем, пытаясь осознать услышанное. Би Джей собирается встать, но я не могу позволить ему пойти на разведку и рисковать тем, что его заметят.

Я шепчу.

— Нет, ты должен остаться здесь!

Он упирает руки в бока и качает головой, указывая то на себя и стенку палатки, то на меня и землю.

Я понимаю — он хочет, чтобы я ждала здесь, пока он пойдет все выяснить, но я не могу ему этого позволить. Не тратя времени на споры, я срываюсь с места — расстегиваю полог и оббегаю палатку сбоку. Заворачивая за угол, я бросаюсь бежать, увидев, как захлопываются ворота.

— Нет, нет, нет, — твержу я себе под нос, каждое слово, словно удар, уходит через ступни в землю и рикошетом отдается в моих костях.

Меня захлестывает животная паника — а вдруг кто-то увидел то, из-за чего у меня могут отобрать Би Джея? Страшно даже представить, что будет, если новость о разумном скелете просочится наружу.

Приедет полиция? О боже, а вдруг явятся правительственные агенты и заберут его? Все будет как в фильмах про пришельцев?

Сердце сбивается с ритма под напором новых волн страха. Как я могла быть такой дурой? Нужно было увезти его подальше отсюда, как только я поняла, что он разумен. Не стоило рисковать его безопасностью ради этих дурацких фото и вирусной славы. Все это не имеет никакого значения по сравнению с ним.

Прижимая к себе края разорванной рубашки, я бросаюсь за подглядывающим за угол забора — и обнаруживаю, что это вовсе не случайный прохожий, решивший поглазеть.

Это подглядывающая Лоис. Ну конечно, черт возьми, это Лоис..

— Лоис, подожди! — окликаю ее я, когда она уже готова прыгнуть в машину Пэм.

Она резко разворачивается и бросает на меня такой злобный взгляд, что становится страшнее, чем в любом фильме ужасов.

— И как ты собираешься выкручиваться? Теперь он у тебя реквизит для порно? Ты вызываешь у меня отвращение. Заниматься сексом с пластиковым скелетом. Ты... — она делает паузу, подыскивая самое страшное оскорбление. — ...противоестественна.

Я стою, пытаясь перевести дыхание между ее обвинениями.

Она делает угрожающий шаг ко мне, тыча пальцем в мою тяжело вздымающуюся грудь.

— Ты распутная. Вульгарная. Вся эта твоя чушь про «Счастливый Хэллоуин» — не более чем ширма для твоих извращенных наклонностей!

— Что? Нет. Все совсем не так, — выдыхаю я, сжимая кулаки и пытаясь удержать разорванную рубашку, словно щит.

Ее лицо застывает, краска отливает от щек, а глаза расширяются.

— Ну вот видишь, Лоис? Ты так разволновалась, что довела себя до сердечного приступа, — шиплю я.

Но она не двигается. Лоис просто стоит — не двигаясь.

Меня осеняет догадка, стоит лишь ощутить нависающее присутствие за спиной. Мне не нужно оборачиваться, чтобы понять, кто именно там стоит.

— Ого, а аниматроника и правда шагнула далеко вперед, — выпаливаю я. — Я... эм... сейчас пойду и отключу его.

Я резко разворачиваюсь и указываю на задний двор, но Би Джей не двигается. В его светодиодных глазах вспыхивает пламя, и я разрываюсь между улыбкой — ведь он пришел мне на помощь, этот двенадцатифутовый рыцарь в костяных доспехах, — и жгучим страхом, что это конец. Для него. И для нас.

— Пожалуйста, Би Джей. Я не могу тебя потерять. Просто не могу, — умоляю я.

Его взгляд устремляется на меня, и пламя в глазах сменяется печалью. Огромная костлявая ладонь тянется ко мне и сжимает мою руку.

Я оглядываюсь и вижу, как Лоис хватает ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Хорошо хоть у Пэм хватает ума не выходить из машины.

— Лоис! Лоис, садись в машину! — кричит она.

Я не жду, пока они уедут. Просто веду Би Джея обратно к палатке.

— Спасибо, здоровяк. Давай досмотрим фильм, — говорю я, стараясь звучать бодро, хотя это лишь притворство.

Он склоняет голову набок, словно понимает — со мной что-то не так. Что все это — неправильно, и, возможно, все уже никогда не будет как прежде.

— Мы что-нибудь придумаем, — говорю я и натягиваю на лицо улыбку.

Но внутри уже зреет осознание. Тот самый момент, которого я так избегала, настал.

Мой хэллоуинский медовый месяц подошел к концу, и реальность уже пытается прорваться обратно в мою жизнь — словно зомби со старого кладбища из дешевого ужастика, тянущий костлявые пальцы к моим лодыжкам.