Хотелось бы надеть что-то более сексуальное, но я выбрала тепло, так как предстояло ночевать в палатке.

Он оглядывает меня с ног до головы, и, хотя я в огромном свитшоте и высоких носках, результат его явно устраивает — он хлопает по месту рядом с собой.

Я улыбаюсь и сворачиваюсь калачиком, повернувшись к нему лицом, — удивительно, как здесь уютно. Моя голова покоится на подушке, которую он положил поверх своей руки, а я просовываю руки между его ребрами, обхватывая их пальцами.

Он подтягивает ноги и прижимается ко мне сзади, обнимая так плотно, как позволяют его габариты, а затем тянется, достает из моих запасов еще одну бутылку портера и протягивает ее мне.

— Конечно, почему бы и нет, — говорю я и приподнимаюсь, опираясь на подушку, чтобы сделать глоток.

Свободной рукой он ласкает меня — перебирает волосы, проводит пальцами по животу и наконец касается моих пушистых носков. В его глазах нет ни осуждения, ни попыток что-то анализировать. Только обожание. Кажется, его восхищает каждое мое слово и каждое движение, и этот интерес действует на меня как афродизиак.

Когда я допиваю пиво, он забирает у меня бутылку и, не сводя с меня взгляда, начинает медленно вести ею по моему животу.

— Что ты делаешь? — спрашиваю я тонким голосом, когда он опускает бутылку ниже и у меня возникает догадка.

Когда он раздвигает бутылкой мои колени и ведет ею вверх по бедру, по его телу пробегает легкая дрожь.

— Ты все-таки подглядывал! — восклицаю я, чувствуя, как вспыхивают щеки, — моя догадка подтвердилась.

Я перевожу взгляд с бутылки, которой он сейчас водит по моим трусикам, на его лицо, и он подмигивает мне.

— Ах ты, шаловливый скелет, — говорю я. — Да, возможно, я была в отчаянии и воспользовалась тем, что попалось под руку, но сейчас мне хочется, чтобы меня касалось кое-что другое.

Он замирает и внимательно вглядывается в мое лицо. Я робко улыбаюсь, и он отбрасывает бутылку в сторону — она с глухим стуком падает в траву. Он приподнимается, опираясь на локоть, хватает край моего свитшота и тянет его вверх.

Я помогаю ему снять вещь, а затем снова ложусь, прижимаясь к нему.

Его электронные зрачки комично расширяются при виде моей обнаженной груди и сосков, затвердевших от ночной прохлады. В палатке с подогревом все еще тепло, но без свитшота я чувствую, как подступает осень.

Он протягивает руку и касается моей кожи, едва ощутимо проводя кончиком костлявого пальца по округлости груди. С каждым прикосновением его уверенность растет, и вскоре он уже накрывает мое тело своими крупными ладонями, изучая каждый изгиб и каждую выпуклость.

— Да, Би Джей, именно это я и представляла, когда ты наблюдал за мной, — шепчу я.

Его глаза вспыхивают, когда я издаю тихий стон. Он увлеченно исследует мои соски, тратя долгие минуты на то, чтобы понять, что именно вызывает у меня самый сильный отклик. Когда мои бедра начинают двигаться, ища его прикосновений, его взгляд устремляется вниз, а глаза становятся темнее.

Он проводит огромной ладонью по моему животу, слегка царапая кожу кончиками костяных пальцев, и мое тяжелое, прерывистое дыхание наполняет пространство. Когда его пальцы скользят под мои трусики, я стону и пытаюсь их стянуть, но он нажимает мне на живот, удерживая на месте, и медленно качает головой, давая понять, что не стоит спешить.

Он поднимается и встает на колени надо мной, а затем сам стягивает с меня трусики — медленно, дюйм за дюймом, сводя меня с ума этим ожиданием. Сбросив их в сторону пивной бутылки, он сгибает мои ноги в коленях и широко их разводит.

Его глаза светятся в полумраке, не отрываясь от моей промежности. Он водит длинными костлявыми пальцами вверх-вниз по моим ногам, с каждым движением подбираясь все ближе к ноющему от желания центру, пока свечи внутри тыкв отбрасывают дрожащие тени на стены темнеющей палатки. Его белые кости кажутся особенно яркими на фоне окружающего мрака, и я не могу оторвать взгляд от скелета, который словно поклоняется мне — и глазами, и руками. Меня поражает его огромный размер — он возвышается надо мной, подавляя своей мощью. При виде этого моя киска увлажняется от желания.

Когда он наконец касается внутренней стороны моих бедер, проводя пальцем по складке кожи, мои бедра невольно подаются навстречу в поисках его прикосновений.

— Пожалуйста, Би Джей, — стону я, изнывая от его дразнящей ласки.

Его глаза темнеют, и он едва уловимым движением проводит кончиком пальца вдоль входа в мою киску.

Я вздрагиваю и судорожно вдыхаю, когда он добирается до моего клитора.

Его взгляд мечется, пока он фиксирует каждую мою реакцию. Одной рукой он раздвигает мои половые губы, а затем наклоняется, чтобы всмотреться в самую мою суть. Он предельно сосредоточен — пальцы другой руки скользят по каждой складке, меняя силу нажатия и вычерчивая узоры на моей коже.