В общем, всё в этом мире может случиться. Даже если это не какой-то страшный некромант, а просто природное явление, какая-то антиоснова, не знаю. Так или иначе, чего нам известно? Там, где они гуляют, там холодно. Похолодало раньше, чем обычно, синоптики обещают рекордно холодную зиму, это уже почти что факт.

Так вот, против дохлых зверей у нас есть какая-никакая стена, и до зимы можно поставить еще одну повыше и поглаже, чтобы ковыляющим тварям было не за что цепляться. Со зверьми справимся как-нибудь, хотя для этого придется предоставить местным еще парочку чудес инженерии, но это дело наживное.

А вот холод стены держать не будут. Он через любые оборонительные сооружения переползет и даже не заметит, и как бы не получилось так, что зверей одолеем, а потом сдохнем от холода и голода в собственных домах, и никакой некромант не понадобится.

— Ладно, понял, — поднялся я с лавки и направился к выходу.

— Рей? — удивился староста, и спор за столом притих. — Может, какие-то предложения?

— Да вы о пустом спорите, — отмахнулся я уже от двери. — И в целом, а чего поменялось? Стены сделаем, это мы и так уяснили. А в остальном-то всё согласно уже заложенным планам. Просто стараться надо лучше и работать больше. Вот я и пошел, поработаю хоть.

Дверь за мной закрылась, и последнее, что я услышал, был голос Сороки, который интересовался у всех сразу, а всегда ли фиолетовый у них такой.

На улице уже вечерело, солнце ушло за стену, и по деревне разлилась серая прохлада, от такой хочется поднять воротник, а воротника у меня нет. От лазарета все еще тянулась пыльца, из-под черепицы сочились последние белесые струйки, и народ, проходя мимо косился на них. Дорога на участок известна ногам лучше, чем голове, так что я просто шел, а внутри крутились самые разные мысли, и ни одна из них не сидела смирно.

Задач только прибавляется, а старые так никуда и не делись, вот что обидно. Нужна еда, и это нам даст грибная ферма, траншею к ней, по гомону с той стороны слышно, докапывают до сих пор, Сурик своих добровольцев не отпустил. Нужно тепло, значит, достроим энергоэффективные дома, сделаем отопление, керамзит уже почти есть, башня растет, а пчелам и людям греться, по большому счету, одинаково. Но это всё и так в процессе, запущено и крутится, а мне предстоит запустить еще один процесс, и он мне нравится меньше всех предыдущих.

Здесь принято полагаться на Основу, особенно когда дело касается драк. Что меч, что стрела, всё работает через нее, вбил ее в лезвие, и оно рубит, а не вбил, и в руках у тебя железяка. Кейн бегает на Основе, а стрелы Вельта тянут ее из цели, чтобы разбухнуть в ране, и из дохлого зверя тянуть, надо полагать, нечего. И тут является нечто, пьющее эту Основу, и лучшие бойцы королевства от него просто бегут, а сдохнуть там проще, чем зарубить хоть одного.

Придется сделать оружие, которое и без Основы может дать гари, из обычного железа и обычного огня, без всяких волшебных добавок. А может из чего-то, что как оружие материал для оружия местными вообще не рассматривался никогда… И как раз этим я сейчас думаю заняться вплотную.

Глава 7

Корш остался в доме старосты, и правильно сделали, что его позвали, действительно по делу. Там сейчас будут составлять доклад для лорда и решать, кого отправить с письмом, а попутно сведут воедино обрывки сведений, которые каждый участник запомнил по-своему. Дознаватель с его привычкой записывать каждое второе слово на дощечку окажется к месту как никто другой, и когда народ наспорится до хрипоты и разойдется по домам, записи останутся, от них можно будет оттолкнуться утром, когда головы проветрятся и запал немного поостынет.

Ну а я там лишний, и лучше признать это сразу, чем изображать полезность. Пока не определились со сроками, пока не знают, на какую помощь рассчитывать от лорда, и пока не разобрались, с чем вообще имеем дело, планировать укрепления рановато.

Стены строить придется, это уже можно считать решенным. А вот какие именно, где их ставить и из чего, решать надо на свежую голову и с конкретикой на руках, а не по горячим следам. Одно могу пообещать наперед, пчелиная башня окажется внутри любого периметра, который мы проведем, пчел я буду защищать при любом раскладе, и на этот счет пусть даже не думают со мной спорить.

Но пусть думать об этом рано, сколько бы я себе ни повторял эти слова, мысли все равно несутся вперед и на мои запреты им плевать. Ноги тащат к участку, а голова тем временем продолжает совещание, которое я покинул минуту назад, только уже без отвлекающих голосов и ненужных споров.

Если пустые, как их назвал Кейн, доберутся до нас за пару недель, расклад выходит простой и паршивый. Придется снова рубить лес на заграждения и лепить оборону из того, что попадется под руку. Проходили, справились, кое-чему даже научились, но тогда нас гоняли живые создания с понятными повадками, а теперь из леса ползет нечто, от чего лучшие бойцы королевства бегут, и на лицах у них при этом не героическая решимость, а вполне натуральный ужас. Разница так-то существенная.