— Тогда что? — Даруд обхватил левую руку Ашмаэля обеими ладонями. — Скажи, что я могу для тебя сделать.

Ашмаэль наклонился ближе.

— Проведи меня во дворец, — тихо произнёс он. — Дай мне хотя бы несколько минут наедине с императором.

~ ~ ~

В конце концов Ашмаэль принял облик одного из императорских гвардейцев Даруда, и они вошли во дворец с таким уверенным видом, словно им здесь принадлежало всё. По дороге шутили о том, что работа никогда не заканчивается и какой-то забытый отчёт срочно требует их внимания.

Как только стражники скрылись из виду, Даруд провёл его к одному из многочисленных тайных ходов дворца.

Они нырнули в тёмный коридор и зажгли джинновское пламя.

— Спасибо, — сказал Ашмаэль. — Теперь тебе лучше уйти.

— Ты сможешь найти дорогу?

— Да. Я всё ещё помню.

План дворца намертво отпечатался в памяти Ашмаэля ещё с тех времён, когда он командовал Императорской гвардией.

— Мне нужно было лишь попасть внутрь.

Даруд кивнул.

— Если ты уверен…

— Уверен. А тебе следует забрать семью и новорождённого внука и покинуть Город Латуни, — сказал Ашмаэль. — Когда я закончу, на тебя начнут охоту.

— Я знаю.

Даруд тяжело вздохнул и ушёл.

Ашмаэль быстро двинулся по тоннелю, пока не добрался до потайной двери. Осторожно приоткрыв её, он заглянул внутрь. За столом сидел Закир, склонившись над книгой в свете лампы. Он всегда любил книги. До Ашмаэля донёсся аромат жасмина — благовония тлели в резном мраморном сосуде.

Адреналин ударил в кровь, едва не заставив Ашмаэля выскочить из укрытия.

Он мог без труда поразить предателя молнией прямо отсюда. Но не станет нападать исподтишка. Из темноты. Это поставило бы его на один уровень с бывшим другом. Нет. Он хотел, чтобы Закир увидел его лицо.

Чтобы точно знал: он — Ашмаэль бен Кашеф — отомстил за свой клан.

Закир перевернул страницу и принялся насвистывать мелодию, которую Ашмаэль знал наизусть. Старая джинновская песенка. Когда-то они пели её во время изнурительных переходов в военном лагере, где вместе проходили начальную подготовку. Теперь каждая нота впивалась в Ашмаэля, словно наконечник копья.

Смерть была бы слишком лёгким наказанием. Возможно, Закир успел бы испытать несколько мгновений страха. Сожаления. Боли. А потом всё закончилось бы, и ему больше никогда ни до чего не было бы дела.

Если во Вселенной существовала справедливость, Создатель покарает Закира после смерти. Но Ашмаэль хотел, чтобы тот страдал и в этой жизни.

Самой совершенной местью было бы отнять у Закира всех и всё, что ему дорого. И оставить его в живых. Одного. Возможно, тогда этот джинн наконец узнает, что такое сожаление. Поймёт ту боль, которую сам причинил другим.

Прохладные пальцы ночного ветерка коснулись влажного лица Ашмаэля. Он вздрогнул. И в тот же миг Закир замер. А затем исчез.

«Какого чёрта?»

Ашмаэль, оставаясь невидимым, выскользнул из тайного прохода и оглядел тускло освещённую комнату с роскошной кроватью, резным письменным столом и креслом.

Куда подевался этот предательский ублюдок?

— Покажись. — Напряжённый голос Закира раздался справа. Послышался шорох движения. — Хватит прятаться в тенях. Выйди и сразись со мной лицом к лицу.

Теперь голос донёсся слева. С любым другим джинном Ашмаэль с радостью принял бы вызов. Вышел бы навстречу врагу открыто и без страха. Но Закиру он не доверял.

Сохраняя невидимость, Ашмаэль ответил:

— Сначала ты.

И едва последние слова сорвались с его губ, он резко бросился назад. Через мгновение воздух прорезал треск.

Шар сверкающей молнии пронёсся по комнате и ударил точно туда, где секунду назад стоял Ашмаэль.

«Вероломная верблюжья задница».

Ашмаэль именно такого и ожидал.

Он тут же метнул собственные молниеносные копья в ту точку, откуда прилетел удар. На полпути молнии врезались в невидимую преграду. Раздался оглушительный хлопок. Воздух затрещал и заискрился. Свет и электрические разряды отражались от клубившегося в комнате тумана, создавая жуткое, почти потустороннее зрелище. Одна из молний угодила в кувшин с водой. Глиняный сосуд разлетелся вдребезги, и во все стороны брызнули вода и острые осколки. Несколько из них обрушились прямо на Ашмаэля.

Он подпрыгнул, заметался и невольно взвыл от боли.

Противник тут же воспользовался моментом.

Бронзовый щит, до этого прислонённый к стене, сорвался с места, пронёсся по воздуху и с силой врезался в Ашмаэля, отбросив его назад. Он полетел, беспомощно размахивая руками, совершенно потеряв контроль над телом. Ашмаэль изо всех сил цеплялся за невидимость, но чувствовал, как она начинает ускользать.

Нужно было что-то сделать. Хоть что-нибудь.

В отчаянии он сосредоточился на стоявшем в комнате кувшине для мусора и направил на него всю свою силу.

Представил перед собой Закира. Прицелился туда, где, как он надеялся, находился его живот. Почти полный кувшин взлетел в воздух по дуге.

Приглушённое ругательство.