Но я делаю всего один шаг, прежде чем понимаю, почему она остановилась. В лазарете стоит Инквизитор и разговаривает с Вессикой. На секунду я всерьез задумываюсь о том, чтобы развернуться и уйти.

И тут в моей голове снова звучит голос Талиесина.

Тебе нужно решить, стоит ли оно того, чтобы умереть.

Трус.

Не я бегу от того, что происходит между нами, и, возможно, Инквизитору нужно это увидеть.

Я расправляю плечи, прежде чем Ши успевает снова возразить, и иду прямо мимо маленького кабинета. Инквизитор поднимает глаза как раз в тот момент, когда я прохожу мимо двери, и наши взгляды встречаются на долю секунды.

Я продолжаю идти.

Пусть смотрит.

Позади меня Ши бормочет что-то себе под нос и спешит меня догнать.

— Отлично сработано, — говорит она, поравнявшись со мной. — Он выглядит так, будто ты проткнула его мечом насквозь.

Я вздрагиваю от этой мысли, но быстро придаю лицу маску безразличия и пожимаю плечами.

Она изучает меня мгновение, а потом снимает тренировочную тунику. До нас доносятся смех и обрывки разговоров, и внезапно я испытываю облегчение от того, что внутри будет полно людей, которые меня отвлекут. Мы раздеваемся, обе двигаясь быстрее обычного.

Пар клубится в дверном проеме, когда мы входим в купальный зал. Все разговоры затихают почти мгновенно.

А я даже не успела скинуть полотенце.

— Давай в этот, — предлагает Ши, делая вид, что не замечает, как все глаза в комнате устремлены на меня.

Это ближайший к двери бассейн, что, вероятно, объясняет, почему он пуст.

Я натягиваю улыбку, пытаясь вспомнить, как дышать, когда на грудь внезапно наваливается тяжесть. Я чувствую их взгляды, но знаю, что они смотрят не на меня. Они пялятся на метку ворона. Я вздергиваю подбородок, спускаясь по ступеням, отказываясь позволить их любопытству прогнать меня. Сокрытие метки не помешало кому-то меня отравить. С меня хватит жить так, будто они победили. Вода встречает меня приливом жара, и я погружаюсь в нее по самую шею.

Сначала никто не произносит ни слова. Затем начинается перешептывание. Тихий ропот пробегает по залу, словно гудение насекомых.

Ши скользит в воду рядом со мной.

— Тебе не обязательно это терпеть, — шепчет она. — Мы можем уйти.

Я смотрю прямо перед собой.

— Я в порядке.

Видимо, это моя фраза дня.

— Выглядит так, как будто ты не в порядке. — Она оглядывается по сторонам. — Хочешь, я им что-нибудь скажу?

— Я переживала и вещи похуже. — Я пожимаю плечами. По сравнению с тем, что произошло с Инквизитором, это пустяки. — К тому же я сама могу за себя постоять.

Она кивает, словно все понимает.

В зале снова воцаряется тишина, и я делаю глубокий вдох, готовясь послать всех нахуй. Но прежде чем я успеваю встать и позволить им хорошенько разглядеть предвестника, на бассейн падает тень. Взглянув наверх, я застываю.

В нескольких шагах от нас стоит Инквизитор. Его руки скрещены на груди, лицо как будто высечено изо льда. Он обводит взглядом зал, осматривая каждый бассейн… кроме того, в котором сижу я.

Перешептывания мгновенно стихают.

— Блядь, — выдыхает Ши.

Идеально.

Игнорировать меня неделями — пожалуйста. Но как только люди начинают пялиться, он тут как тут, играет в спасителя.

Вода стекает по моей коже, когда я поднимаюсь из купальни.

— Думаю, с меня все-таки хватит.

Ши переводит взгляд с меня на него — он все еще свирепо хмурится, как чертовски симпатичная горгулья.

— Ты уверена?

— Оставайся. — Что-то подсказывает мне, что сейчас будет некрасивая сцена. — Наслаждайся отдыхом.

Хоть кто-то из нас должен.

На ее лице мелькает понимание.

— Ладно.

Я поднимаюсь по ступенькам медленно, и почему-то абсолютная тишина оказывается хуже перешептываний — все изо всех сил делают вид, что не смотрят. Я подхватываю свое полотенце с бортика бассейна, заворачиваюсь в него и спокойно иду обратно в раздевалку, считая в уме каждую секунду.

Счет доходит до тридцати, и он следует за мной. Секунду мы просто молча смотрим друг на друга.

А затем накатывает ярость.

— Мне не нужно, чтобы ты меня защищал, — огрызаюсь я.

Его брови сходятся на переносице.

— Арден…

— Нет, — обрываю я его. — Ты не имеешь права игнорировать меня неделями, а потом заявляться с видом, будто я какая-то огромная обуза. Хватит вести себя так, будто ты распоряжаешься моей жизнью.

— Я хотел, чтобы ты чувствовала себя в безопасности. — Он поднимает руки в примирительном жесте, отступая на шаг. — Таков был наш уговор.

Я издаю резкий смешок.

— Уговор был в том, чтобы научить меня заботиться о себе самой, чем я и занималась, пока ты шлялся по всей стране, забыв о моем существовании. Мне больше не нужна твоя защита.

Но он качает головой.

— Пока ты находишься под моей крышей…