Мы вдвоем приступаем к работе, выгружая мертвых с багажника, сбрасывая их во влажную грязь и избавляя от телефонов и любых других личных вещей, включая удостоверения личности и кошельки. Я даже не утруждаю себя руганью Ретта за то, что он лишил их троих всех наличных, которые у них были.

Я бы избавился от улик позже, но сейчас мы вдвоем начинаем копать яму, которая станет новым домом для этих троих.

К тому времени, как мы закончили и тела были похоронены на глубине шести футов, солнце начало подниматься над горизонтом. Я останавливаю грузовик на полпути вниз по тропе и вылезаю, оставляя брата в машине, а сам беру все вещи, которые забрал у тел, и иду сквозь густые деревья, утренний свет едва пробивается сквозь густые сосны. Ветер обрушивается на меня в тот момент, когда я выхожу из безопасного леса и обхватываю себя руками от пронизывающего холода.

Море сердито катится вниз на сотню футов, разбиваясь об острые скалистые утесы на склоне утеса, и напротив меня я вижу часть маленького городка, который с такой высоты больше похож на конструктор Lego town. Маяк вспыхивает над разгневанным морем, прорезая туман, который стелется над водой.

Ничто и никогда не может быть простым.

Ни моя жизнь, ни Майя, ни какая-либо другая история, которую мы рассказывали сами себе.

Я бросаю содержимое, которое держу в руках, в воду, наблюдая, как оно по спирали опускается, опускается, опускается, пока волны не поглотят их, и не могу отделаться от ощущения, что эта история закончится подобным образом.

Никто не может долго топтаться на месте, прежде чем сдаться, а в таких бурных водах для нас двоих был только один способ покончить с этим.

Тридцать пять

Только после того, как я уложила перепуганную Харпер в свою постель и помогла ей снова уснуть, я, спотыкаясь, бреду в ванную, чувствуя, что кожа холодная, а все тело все еще дрожит несколько часов спустя, после того, как Торин сказал нам забаррикадироваться в спальне.

Солнце только взошло, и я знала, что должно быть измотана, но заснуть было невозможно, когда я чувствовала себя такой взвинченной.

Мне страшно смотреть в зеркало, когда я наполняю раковину горячей водой, аромат лаванды от мыла, которое я добавляю в нее, поднимается вместе с паром. На Торине, на его руках и ноге была кровь, и я почувствовала это, когда он коснулся моей щеки. Она впиталась в мою кожу и с тех пор засохла и покрылась коркой.

Он был ранен? Он получил травму?

А если нет, то чья это была кровь?

Всю ночь я боролась с воспоминаниями, боролась с кошмарами, которые затягивали меня глубоко в черные ямы моего прошлого, и я не была уверена, как быстро я выберусь из них. И я не хотела, чтобы Харпер видела меня такой.

Я прокручиваю в голове ночь, звуки ударов всхлипываний, крики боли, за которыми следуют звуки выстрелов. Я хорошо знала этот звук. Я так часто слышала его в своей прошлой жизни, что он больше не заставлял меня вздрагивать. Он был таким же обычным, как гудки в утренний час пик.

Я хватаюсь за края раковины и поднимаю взгляд к зеркалу, замечая свою пепельную кожу и запавшие глаза, под которыми залегли темно-фиолетовые тени. И кровь, она стекает под мою скулу, исчезая в тонких волосах по краям головы. Теперь она приобрела глубокий ржавый цвет и выглядела как пятно на моей бледной коже.

Даже мои губы не в цвете, даже глаза казались более тусклыми.

И я знала, что это из-за усталости, но это был и страх. Страх, что сегодня ночью произошло что-то ужасное, и это из-за меня.

Не напрямую, конечно, я знала это и понимала, что если это как-то связано со мной, то только потому, что мое прошлое настигло меня.

Я думала, у меня было больше времени. Если мой бывший и нашел меня, я не знала как. Я никому не называла своей фамилии, не пользовалась своими банковскими картами и не входила ни в один из своих старых аккаунтов, которые можно было отследить. Я была невидимкой, даже этот домик не арендован легально.

Зачислить Харпер в школу было легко, в таком маленьком городке с такой маленькой школой они были невероятно снисходительны, хотя я думаю, что это как-то связано с Имоджен и Рути.

Здесь мы были совершенно вне поля зрения.

Так что, возможно, это был не мой бывший. Возможно, прошлой ночью произошло что-то еще.

Спекуляции только повели бы меня по дороге разрушения. Я бы подождала Торина, послушала, что он скажет, а потом решила бы, сколько власти я верну своему бывшему.

Мне казалось, что я боялась всю свою чертову жизнь, и, наконец, я счастлива.

Счастлива и свободна.