– Как я уже тебе сказал, отрыжка бездны, ты заслуживаешь наказание. Убить тебя было бы слишком просто, для тебя. Казнить через обезглавливание – тоже. Но я знаю, что доставит тебе наибольшие страдания, – притянув толстое тело к себе и вперив свой взор в его водянистые глаза, Маору изрек замогильным голосом: – Ты будешь заточен в самом жутком кошмаре, и он будет продолжаться долго, очень долго. Но выбраться из него тебе будет не под силу. Целый год, день за днем, ты будешь лежать подобно трупу, поскольку возможности двигаться у тебя не будет так же, как и сказать что-либо. Я накажу тебя одним хитрым проклятьем: существованием разума, заточенного в безвольном теле. Подобным, что ты хотел «наградить» Лиэну. Спустя год, если ты, конечно, ещё будешь жив, и твои слуги или рабы, а может и подчиненные, не убьют тебя раньше, то оно развеется. Но, запомни, твоим первым словом, которое тебе следует произнести, чтобы проклятие исчезло навсегда, должно быть слово: «Прости», и так день за днем ты будешь извиняться перед всеми на протяжении ещё одного года. Если ты выполнишь эти условия – будешь жить дальше, как обычный… человек. Ну а если нет – тогда проклятье опять заточит твой разум в ловушку и всё повторится вновь.

– Я… Великий Ла… – начал было говорить Шиш’баэ, но под тяжелым взглядом демониона стушевался и умоляюще, тихо произнес: – Пощ-щади…

– Тебе не кажется, что это слишком жестоко? – тоже шепотом произнесла я, подойдя к ним поближе. – Он, конечно, гад и вообще противный тип во всех смыслах этого слова…

– Для меня, я бы сказал, это ещё слишком... может, и излишне мягкое наказание, – оборвал меня Маору. – Я бы точно придумал для него что-нибудь более кровавое и изощренное, но ты была бы против. Опять начала бы пищать и умолять о снисхождении, а у меня и так второй день настроение просто отвратительное. Так что, учитывая всё это… я готов сейчас пойти на крохотный компромисс – пускай радуется этому и будет благодарен мне и… тебе, маленькая и слишком говорливая женщина.

– Маленькая и слишком говорливая… – я повторила вслух его слова и тяжело вздохнула.

М-да. Не красивая и умная, а мелкая и болтливая, эдак я никогда не смогу воплотить свою отложенную пока до лучших времен «мстю» в жизнь! Нужно как-то его отношение ко мне срочно менять. Но не сейчас, сначала необходимо покинуть это «гостеприимное» место, остаться наедине. Как бы невзначай присесть рядом, поплакаться ему о своей судьбинушке, погладить его по плечику, да чтобы случайно простынка с моих плеч слетела, а я осталась в этой полупрозрачной розовой пакости… Но действовать желательно так, чтобы он лапать меня не полез. Надо бы его сначала подманить, а когда он заглотит наживку, быстро и резко подсечь добычу и… Да-а! На моем лице расплылась мечтательная улыбка.

Я и сама не заметила, как прислонилась плечом к Маору и даже приобняла его за руку, а мой хвост так вообще благодарно наглаживал его по бедру. Мои фантазии неслись всё дальше. Эпизоды с моим похищением и потными объятиями Шиша, несмотря на то, что мы до сих пор были в его покоях, а сам он трясся от страха перед рогатым злым мужчиной, уже были позабыты. Плохие воспоминания вмиг стерлись из памяти. Вот что значит надежный, сильный мужчина рядом!

Да. Как только я охмурю Мао, можно будет и о настоящем отпуске задуматься. А что? С ним не страшно, у него транспорт есть свой и жилье, шатер тот шикарный, и даже не в ипотеку. Я бы по этому новому, сказочному миру попутешествовала недельку, осмотрела местные достопримечательности. Попробовала заморскую кухню, на людей посмотрела и себя бы показала.

– Смотрю, у тебя уже всё в порядке, – подметил Маору, смерив взглядом моё довольное лицо с широкой улыбкой. – Ну а я закончил. Пора бы теперь отправляться за теми, кто нас призвал. Хотя это скорее отложим до завтра.

И я, полностью погруженная в свои думы и мечты, не сразу догадалась, о чем он говорит. Только когда увидела, что Шиш’баэ лежит на полу и чуть ли не пускает слюни, а его остекленевший взгляд ясно дает понять, что Мао осуществил свою угрозу, я поняла, что пропустила всё на свете.

– А почему до завтра? Ты вроде говорил, что мы сегодня в первой половине дня доберемся до них.

– Мы бы и добрались, Лиэна, – он высвободил свою руку из моих объятий, а затем отвесил мне знатный щелбан, и я недовольно зашипела. – Если бы ты, маленькая вредная девчонка, не покинула шатер, и тебя бы не похитили! И мне бы не пришлось резко подрываться, нестись за тобой сюда и разгребать всё это, – мужчина обвел взглядом комнату местного правителя.

А пока я потирала свой лоб и собиралась с мыслями, чтобы достойно ответить и не напороться опять на его гнев, он внезапно без разговоров просто закинул меня к себе на плечо и выдал ещё и по мягкому месту – не больно, но обидно!

– А это тебе за твой длинный язык, – добавил Мао и куда-то пошел.

– Знаешь, Маору… – я не стала сопротивляться и ругаться на него за столь бесцеремонный поступок. – Я хотела бы перед тобой извиниться за те слова… Что ты «гад». Я была не права, и у меня, действительно, порой бывает очень длинный язык. А ещё я хотела тебя поблагодарить за помощь. Но за то, что ты ошейник на меня нацепил и миску поставил, как животному, на пол… – я ненадолго замолчала, потому что Мао, ухватившись за броню Шантаэра, который спустился к нам, взлетел в седло, а у меня клацнули зубы. – Ну так вот, за это я тебе обязательно отомщу.