– Какой кошмар! Я – гермафродит! – вот это поворот.

– Кто ты? – не понял Амран.

– Гермафродит – организм, имеющий и мужские, и женские половые признаки.

– Нет, ты – женщина! – убежденно заявил келрит. – Просто изначально кокон бесполый.

– То есть если бы в кокон попала мужская душа, то у меня бы там вырос… выросло... – я определенно покраснела.

– Если бы в кокон попала мужская душа, выросло бы, но не у тебя, – развеселился Амран.

– Погоди, вместо моей души могла призваться мужская?

– Нет, кокон один для женской и для мужской души, но обряд призыва видоизменяется, – келрит хитро улыбнулся. – Насчет зеленой и страшной… ты в зеркало давно смотрелась?

– А что, у вас есть зеркало?! – удивлению моему не было предела.

– Есть, конечно! И не одно, – кивнул мужчина. – Ты разве не знала?

– Нет! Я даже шкафчики в ванной открыть не могла, пока мне Уорн не показал. Откуда мне было знать, что у вас есть зеркала?

– И правда, – смутился Амран. – Просто ты так уверенно себя ведешь, отказываешься от нашей помощи и помощи Лины, что мы как-то не подумали, что ты можешь не знать.

Говоря все это, мужчина подошел к стене рядом со шкафом и отодвинул скрытую панель. За ней открылось зеркало в полный рост.

– Странные вы люди, зачем закрывать? – спросила я, слезая с кровати и пытаясь влезть в тапки.

– У нас есть переговорные зеркала. Как только они появились, то многие боялись, что маги начнут через них подглядывать за обывателями. Раньше такое действительно было возможно, поэтому зеркала закрывали. Сейчас это скорее традиция, чем необходимость.

Амран посторонился, а я подошла к зеркалу и уставилась на отражение. Да… я-то думала, что морда у меня страшная, а оказывается, табло находилось в стадии настройки! И неплохо так настроилось, надо сказать. Скулы стали выше, глаза увеличились, выросли идеальные брови и длинные, пушистые ресницы. Кожа сгладилась, губы стали полнее и выразительнее, подбородок скруглился. Оказывается, я очень симпатичная. Ничего общего нет с той страховидлой, что лежала на алтарном камне. Разве что кожа у меня слегка зеленоватая. Это точно я? Подняла пальцы к лицу и потрогала щеку. Девушка в отражении повторила мои движения.

– Ничего себе, – совсем не верилось в то, что красавица в зеркале действительно я.

Амран внимательно следил за моими манипуляциями.

– Ты похожа на себя? Ну, на ту, которой была в другом мире? – спросил он.

– Не очень. Цвет глаз такой же – карий, нос тоже, но остальное – нет. Я всегда хотела глаза побольше, ресницы подлиннее, чистую шелковистую кожу, а тут как будто мои недостатки убрали. Все, как я хотела. Вот только волосы мне нравились каштановые, а теперь у меня светло-русые.

Мы помолчали. Очень сложно принять то, что теперь я не страшная. Как-то смирилась, решила довольствоваться малым, потому что ничего поделать нельзя. Да, мне говорили, что происходят изменения, я и сама отметила увеличивающую грудь, бедра, но даже представить не могла, насколько стала другой.

– Беру свои слова про страшную и зеленую обратно, – сказала я, возвращаясь на кровать. – Что там с коконом дальше?

– Душа должна сплотиться с коконом, а для этого нужны привязки. Например, для души Иллиры привязкой была любовь ее мужа. Бывало, что на алтаре возвращали сестер и братьев, – продолжил Амран.

– Но вы-то мне не братья и не мужья.

– Верно! Вот поэтому, для того чтобы душа не отторглась телом, нужна более сложная система. Сначала кровь с водой, чтобы образовались метки, а потом уже связь.

– То есть если бы я не попила водички, то через какое-то время моя душа вышла бы из тела?

– Возможно, – Амран помолчал, – точно не знаю. У нас с тобой вообще все не так. Во-первых, ритуал прошел с нарушениями, и душа в кокон не должна была попасть. Во-вторых, я читал, что девушки, которые просыпаются на алтаре после такого обряда, чрезвычайно слабы. И эта слабость отчасти оттого, что привязки с кровью и водой недостаточно. Но ты – сильная, не растерялась…

– Ты же говорил, что это все потому, что богиня вмешалась и дала мне веревку, крюки и все остальное, – хитро прищурилась я.

– Да, богиня дала, но ты ведь тоже потрудилась! Не стала ждать помощи, действовала сама, не испугалась! – похоже, Амран в восторге от моих действий.

– Да что ты! Я очень испугалась! Тело действительно плохо слушалось, но крайне не хотелось, чтобы меня убили. А ждать помощи… Я вообще не понимала, что происходит! Какая помощь? Когда вы вернулись в долину, то очень меня удивили. Я думала о том, как выбраться, как распределить оставшуюся еду, чтобы не умереть от голода. Ни на кого, кроме себя, не рассчитывала.

– Все заметили, что ты самостоятельная, ни от кого помощь не принимаешь. В вашем мире так принято?

– Почему не принимаю? Принимаю, просто не очень привыкла рассчитывать на кого-то, кроме себя.