— Скандал? – хмыкнула я, устав от этого цирка. Да что он вообще знал о скандалах? — У вас ботинки будут чище, чем репутация, если я стану вашей любовницей. Вас назовут повесой, охочим до падших женщин. Не думаю, что это ваше, Адриан Гер Кейм. Я вообще слышу ваше имя впервые, а значит, вы свою честь уберегли, в отличие от меня – брошенной невесты, которая изменяла жениху налево и направо.

За стенкой что-то снова загремело. Пэгги открыто выражала недовольство моей несдержанностью. Адриан нахмурился, рассматривая стену, а я снова вздохнула, стараясь успокоиться.

В груди жгло от обиды и злости. Как несправедливо обошлась со мной судьба. Что я, законная леди, когда-то одна из завидных невест столицы, превратилась в женщину, лучшее предложение которой за весь год – стать содержанкой.

— Поверьте, леди Фокс, я знаю о скандалах намного больше вашего, – сказал он, переведя взгляд со стенки на меня.

Герцог снова откинулся на спинку кресла, тем самым показав, что уходить не намерен. Это раздражало все больше и больше. Переругиваться смысла нет. Я взяла себя в руки и спокойно сказала:

— Я отказала вам. Прошу принять отказ достойно.

— Вы даже не желаете узнать условия? – вскинул он бровь, слегка наклонив голову набок. В этот момент Гер Кейм даже не представлял, насколько близок к тому, чтобы я кинула в него чашкой с чаем.

— Мне такое не интересно. Я ведь сказала, что хочу замуж.

— Что-то я не вижу кандидатов, – насмешливо сказал он, озираясь по сторонам.

— Кто-то обязательно придет, – твердо сказала я.

— Значит, вас так оскорбляет мое предложение, что вы готовы выйти замуж за кого угодно, лишь бы отказать мне? — с усмешкой спросил он и с нажимом добавил: — Приличные кандидаты в супруги обойдут этот милый домик за несколько метров. Так что вы теряете?

— Только титул и свое достоинство, – смерила я Адриана уничижительным взглядом.

— Достоинство? – хмыкнул Адриан. — Я не лишаю вас титула, если для вас только он и значит достоинство.

— Вы лишаете возможности им воспользоваться, – произнесла даже резче, чем хотелось бы, но моя выдержка трещала по швам. Внешне я была очень похожа на мать, но не характером. Ее огромные голубые глаза всегда были широко распахнутыми, а улыбка – нежной и скромной. Я же часто щурилась и поджимала губы в моменты, когда что-то раздражало. Не говоря уже о случаях, когда я могла колко ответить. За что Пэгги меня вечно отчитывала.

— Снимите перчатки, – спокойно сказал он, кинув взгляд на мои руки. Я застыла, не понимая, шутит он или на самом деле совсем безумен. — На вас старое платье, леди Элеонора, – продолжил он. – В некоторых местах оно стало вам велико, например, в груди.

Он кинул совершенно нескромный взгляд на мой бюст, а после снова поднял на лицо.

— Да как вы смеете!.. — задохнулась я от негодования.

— Вы спрятали пальцы в перчатках, чтобы я не видел род вашей деятельности, – перебил он. — Но его с легкостью выдают выгоревшие волосы и слишком темная для леди кожа. Так как? Часто вы пользуетесь титулом? И что у вас осталось от достоинства, кроме неуместной в вашем случае гордости?

— Гордость не бывает неуместной, когда имеешь дело с хамами, – жестко парировала я.

Адриан вскинул бровь, явно не ожидая такого ответа.

— И, тем не менее, вам нужны деньги, – напомнил он о том, что я бы хотела забыть. – И я заплачу хорошую сумму, если согласитесь. Так, может, выслушаете условия?

Этот разговор был настолько унизительным, что в груди собрался ком из эмоций. Я не знала, что сильнее, злость или отчаяние. Деньги мне были очень нужны, но не такой ценой.

— Мне не интересно ваше предложение, – сказала я. – Прошу покинуть мой дом.

Адриан хмыкнул и наконец-то встал с кресла, что-то достав из кармана. Это была чековая книжка. Он вырвал оттуда листок и положил на столик.

— Я подпишу его, если передумаете, – герцог посмотрел на меня. Должно быть, ждал, что я как ненормальная схвачу листок и буду рассматривать цифру. Но я даже с места не сдвинулась.

— Было неприятно с вами познакомиться.

Этим самым я поставила точку в нашей беседе. Адриан усмехнулся.

— Я дам один день, чтобы вы передумали.

— Невиданная щедрость, – ответила я.

Герцог неожиданно сделал пару шагов ко мне, а после наклонился, отчего я замерла и вжалась в кресло. От него пахло дорогим парфюмом, и я готова была поспорить, что заплатил он за него дороже, чем я за свое платье.

— В отличие от вас, Элеонора, я умею отделять личное от дела, – спокойно сказал он. — Вы можете быть сколь угодно мне несимпатичны, но я не могу отрицать факта, что вы мне подходите.

Адриан выпрямился и спокойным шагом, слегка опираясь на трость, вышел из зала. Я закрыла глаза, отсчитывая секунды. Вот он оделся, вот хлопнула входная дверь. Я выдохнула.

Стало намного легче, когда рядом с домом раздался стук колес и я поняла, что герцог уехал. Только после этого встала с кресла, прошлась тыльной стороной ладони по глазам и натянула улыбку.