Платье было до неприличия открытым, меня раздражало то, как она в нем выглядела и какое производила впечатление.

Своим громким голосом, неуместным смехом и смелым поведением девушка напоминала мне уличную девку, а это было совсем не то, что я увидел в ней в первый день нашей встречи.

Перенервничала? По-своему истолковала мое письмо? Отнюдь.

Я вглядывался в большие голубые глаза, и в них не было ни капли страха. Только самоуверенность и безрассудство.

Совсем не те черты, которые нужны хорошей актрисе.

Она просто захотела поступить по-своему. Я точно дал понять, в чем она должна прийти, но она перекроила платье. Пошла против моей воли.

Она решила развлечься? Отомстить? Именно так это и выглядело. Но я не собирался участвовать в этом цирке с женщиной, от которой можно было ждать чего угодно.

Что дальше? Придет голой на бал? Нагрубит какому-то высокопоставленному герцогу?

Она вела себя вызывающе, в ней не было раскаяния, напротив, только веселье и азарт. Именно поэтому я принял решение разорвать наш договор.

Мне нужна другая женщина, с холодной головой, которая будет слушать меня и делать так, как я скажу, и носить то, что я прикажу. Предсказуемая и рассудительная.

Но стоило мне попытаться уйти, и Элеонор потрясла меня еще больше, встав на пути. В ней было достаточно дерзости и наглости для такого поступка. И эта девушка корчила из себя невинность и так рьяно отказывалась от моего предложения.

Я констатировал факт, а Элеонора попыталась свалить вину на меня. Это только больше оттолкнуло меня от нее.

Продолжать этот диалог было бессмысленно, и я бы ушел, если бы не кинутые мне вслед слова.

— Ну и проваливай, – сказала она, уронив свое достоинство этими словами еще ниже. – Как повезло, что я выпила зелье и мне плевать на всех людей и твое мнение.

А вот последняя фраза заставила меня остановиться. Я выругался про себя.

— Что ты сделала? – спросил я, подойдя вплотную. Уже и не помнил, как давно чувствовал что-то настолько ярко, как сейчас чувствовал злость.

Элеонора не была искусительницей, она была испуганной девушкой, которая совершила дурацкий поступок.

Нет ничего страшнее искусственных эмоций, противовес дан человеку не просто так, у каждого чувства есть обратная сторона. Но если она приняла зелье, то противовес исчез, остались только чистые эмоции, но какие? В ней не было страха, раскаяния, их что-то стерло из ее кудрявой головки.

— Что за зелье, Элеонора? – настаивал я.

Но вместо ответа Элеонора положила руку мне на грудь. От неожиданности я замер, чувствуя холодные пальцы. Но принесли они не холод, напротив, жар растёкся по телу, Рука Элеоноры двинулась вверх, а жар – вниз.

Я понял, почему она так сильно раздражала меня своим поведением. Еще тогда, когда ее грудь в корсете вздымалась под моими пальцами, которые слегка касались нежной кожи.

Злость и возбуждение смешались во мне, требуя наказать непослушную леди. Я представил, как сдираю чертов корсет прямо на балконе.

Видение в моей голове было ярким и реалистичным настолько, что я отшатнулся от девушки. Я взглянул на ее лицо и поймал тень недовольства, ей явно понравилось и хотелось продолжения.

Да что за дрянь она выпила?

— Карета из черного дерева с одной белой лошадью. Подождешь меня там, — сказал я жестко.

Поймав тень неуверенности, я добавил:

— Если не придешь, то наш договор будет расторгнут.

Что-то разумное промелькнуло в ней, она недовольно, но все же пошла в нужном направлении. А я остался стоять на холодном воздухе и приходить в себя. Надолго ее оставлять точно не стоило.

Неизвестно, что придет ей в голову под этим зельем, и виноват в этом буду я. Скрипнул зубами.

Эту ночь она точно проведет под моим контролем, а вот что делать дальше, мы уже будем решать, когда леди Фокс придет в себя.

Давно я не испытывал чувства так ярко, оказалось, это сложнее, чем я помнил. Держать себя в руках было мучительно, но вместе с тем и приятно. Хотя все же не так приятно, как рука Элеоноры, скользившая вверх.

Еще раз глубоко вздохнув, я прогнал прочь неуместные воспоминания, опустил трость и пошел к выходу. Нужно было увезти Элеонору как можно скорее.

Глава 10

После того как представилась, кучер любезно впустил меня в карету. Я обдумывала все произошедшее и куталась в накидку, так и не согрелась после пребывания на балконе.

Сидеть долго одной не пришлось, Адриан открыл дверь и уселся напротив всего через несколько минут.

Я молча окатила его взглядом. Герцог вздохнул.

— Домой, — отдал он приказ, и карета тронулась.

— Может, для начала подвезешь меня до дома? – спросила я возмущенно, не понимая цель нашей поездки к Адриану.

— Сегодня ты ночуешь у меня, – сказал он спокойно.

— Что, прости? – не поняла я.