— Есть много идей получше? — поинтересовалась нечисть насмешливо. — Нет? Значит, прогуляетесь с нами, благо нам в любом случае нужны ваши представители для допроса. 

Фейри послушно встала.

— Для протокола, — сказала она. — Давно не занималась такой ерундой. Не думаете же вы всерьёз, что эта особа напала на княгиню? Это смешно! Кто бы в здравом уме мог её нанять? А сама по себе... Да она похожа на злобную гору трясущегося дерьма! И с чего бы ей нападать? Не из-за пристройки же, в самом-то деле?

— Согласен, — отметил Чеба. — Нам ещё не хватало вникать в какие-то... бабьи разборки. 

Фло с Кремнем обменялись понимающими взглядами. 

Их спутники были крайне перспективными, умненькими, талантливыми ребятами. Но вот опыта общения с людьми им не хватало, как и опыта в расследованиях бытовых дел.

Раока выросла в Цветении, в культуре фейри, своеобразной и весьма напоминающей своим устройством строго иерархическую матриархальную колонию насекомых с маткой-Королевой во главе. В представлении фейри убить можно по приказу, ради власти или смеха, из скуки. Однако никому из фей не пришло бы в голову, что существо, демонстрирующее страх и глупость, может по своей воле напасть на вышестоящего. Тем более серьёзными им не казались имущественные споры, благо в своих холмах они могли соорудить себе хоромы буквально из воздуха — такова природа магии их родной земли.

Заяц Чеба рос среди Медведей, которые славились своей широтой души и отношением к семье, как к священному и неприкосновенному. Даже в рамках политических интриг эти оборотни почти никогда не нападали на родственников. Это был нонсенс. Что уж говорить, что имущественные споры в их Клане были крайней редкостью и отличались деликатностью? 

И оба специализировались на политических делах. Разумеется, им сложно вообразить, ради чего порой разумные убивают себе подобных! А вот Кремень, с лёгкой руки Иса двадцать лет после Смуты руливший отделом по борьбе с преступностью в диаспорах, навидался такого, что хоть мемуары пиши. Ради чего только представители различных рас не вонзали ближнему своему кинжал в спину, вилку в глаз, палку в зад, нож для колки льда в ухо... и дальше по списку, да. А поводы бывали порой такие, что закачаешься. Начиная от более-менее способных логически уложиться у дракона в голове — деньги, ревность, зависть, азарт драки, интимные желания — и заканчивая безумно-идиотскими: «она мешала мне работать», «ему не понравился мой пирог», а также — дешёвая брошь, детская ссора из-за куклы, плохое настроение и одно Небо ведает, что ещё. 

Нельзя сказать, что у людей преступления случались чаще, чем у остальных — нет и нет. Кремень вообще был не склонен полагать одни расы лучше других, что бы там ни бормотали про то некоторые его сородичи, особо озабоченные вопросами драконьего превосходства. Но у каждого народа была своя специфика преступлений, продиктованная культурой и особенностями мировосприятия — и в вопросах бытового членовредительства люди, увы, уверенно лидировали. Во многом это было обусловлено отсутствием у них магической привязки к роду и паре, многочисленностью семей, невысокими уровнем и продолжительностью жизни, способностью иметь детей от любого партнёра. На взгляд Кремня, в этом им скорее повезло, ибо право выбора — штука заманчивая. Каменный дракон очень любил свою пару, как и любой представитель его расы. Но была в его прошлом та, кого он любил не меньше. Та, что не смогла оставить ему детей. Та, с кем он не смог поделиться вечностью — но все отдал бы, чтобы суметь...

Не важно это. Суть в том, что люди в некотором роде везунчики. У них больше свободы. Но у всего есть оборотная сторона, и колоссальное количество бытового и домашнего насилия было закономерным итогом человеческих свобод. Попытка убить княгиню ради улиточной пристройки? Звучит, как бред пыльцового торчка, в который сходу и не поверишь. Но тут забывать не стоит, что это в их глазах она — будущая княгиня, существо, от жизни которого зависит жизнь правителя Предгорья, благосостояние нескольких десятков больших и малых родов, политическая раскладка в целом и мир в стране в частности. 

Это все не исключает, что для кого-то всё может сводиться к улиточной пристройке. И, как ни странно, в сознании конкретного человека дурацкий сарай, которому грош цена в базарный день, может иметь значение ничуть не меньшее, чем для иных — судьбы мира и геополитика. Ни для кого не секрет, что масштаб проблем разных личностей несопоставим.  

Но это совсем не значит, что он, Кремень, не проверит в случае подтверждения эту Беату на все возможные виды магии, тёмную в первую очередь — слишком много завязано в этой истории на патлатой нечисти. Да и на предмет манипуляций прощупает. Ибо, будем же честны — слишком уж часто всяких энтузиастов, одержимых корыстными идеями или патриотическим свербежом в одном месте, используют в качестве тупых и слепых инструментов опытные, ловкие хищники.