Но, когда я впервые её увидел – конечно же, не подал виду, будто что-то заметил. Вместо этого внимательно наблюдал за реакцией моих спутников. Момент был очень тонким: если конструкция не проявлена – я буду первым, кто её проявит. И то, что я видящий, перестанет быть тайной. Но и переигрывать было нельзя: попытка скрыть наблюдаемое, которое уже проявлено, так же гарантированно выдаст во мне видящего, намеренно скрывающего свои способности.

Американец заметил «спираль». Я это понял совершено отчетливо – по расширившимся зрачкам, и чуть учащенному дыханию. Он внимательно посмотрел на Чжана, а тот – на меня.

- Григорий, - сказал китаец, - ты что-нибудь заметил?

Он смотрел только на меня. Плохо. Видимо, что-то заподозрил.

Я повернул голову, и сделал вид, что внимательно осматриваю проплывающую вниу лунную поверхность. Дошел взглядом до «спирали».

- Офигеть можно! – сказал я, стараясь максимально убедительно сыграть искренне удивление, - оно… оно огромно!

От меня не укрылось, что американец с облегчением вздохнул. Чжан улыбнулся одними уголками губ, и тоже переключил своё внимание на лунную поверхность.

- Надо активировать оптику, - сказал он, - надо поискать следы посадки возле конструкции.

Ровно в тот момент, когда он закончил эту фразу, ожили динамики внешней связи.

- Внимание, экипаж, - наземный оператор в ЦУПе снова сменился; в этот раз голос был женским, и довольно приятным, - категорически запрещается проводить дистанционные исследования структуры в кратере Королёв. Повторяю, исследования структуры в кратере Королёв категорически запрещены. Прошу подтверждения.

Мы растерянно переглянулись.

Дорогие читатели!

Вторая часть рассказа о приключениях Гриши скоро завершается. Впереди – самая сложная, но и самая интересная третья часть. Я рассказываю о том, что происходило, в режиме реального времени. У меня нет домашних заготовок. И ваши оценки и комментарии очень сильно стимулируют рассказывать ещё интереснее, больше и быстрее.

Если вы дочитали до этого момента, и книга вам понравилась (или же возникли какие-то вопросы) – пишите в комментариях, обсудим!) И отдельное огромное спасибо за ваши высокие оценки.

В завершение немного о творческих планах. Еще до окончания «Раненых Звезд» я начну выкладку двух новых книг. Одна – это классическое боевое фэнтези. Вторая – не менее классическая космоопера. Правда, каждая из вещей будет обладать целым набором своих «изюминок», которые, как я надеюсь, сделают их еще интереснее.

Мне было бы интересно узнать – кому из моих читателей какой жанр ближе.

И не забывайте подписываться на мой профиль, чтобы не пропустить старт этих вещей). Кнопка подписи в шапке профиля, справа внизу. Заранее огромное спасибо!

14

Последний сеанс видеосвязи состоялся, когда задержка сигнала уже достигала десяти секунд. Не слишком удобно разговаривать – по хорошему, все вопросы можно было решить в переписке. Но именно этот сеанс принёс приятный сюрприз.

С экрана на меня смотрели родители. Мама обеспокоенно теребила кончик шарфа. Отец сидел, чинно сложив руки на основательном деревянном столе.

Они находились в каком-то помещении, похожем на рабочий кабинет. Правда, не совсем обычный – за окном открывался шикарный вид на заснеженные горы.

Разговор вышел странным. Тяжело говорить, глядя в глаза, зная, что слова так сильно запаздывают.

- Как ты, сын? – спросил отец.

- Да нормально, пап. Тут условия как на круизном пароходе. Кормят вкусно. Даже тренироваться получается!

- Рад слышать, - покивал отец. Потом вздохнул, и сказал: - говорят, после этого сеанса мы тебя больше не сможем увидеть, - он осекся, поймал возмущенный взгляд мамы, и поправился: - в смысле, по видео. Задержка сигнала слишком большая. Вот кто бы мог подумать, что такая астрономическая абстракция, как скорость света коснётся нас лично, а?

- Ты главное возвращайся, сынок, - сказала мама, - мы очень тебя ждем.

- Я обязательно вернусь, мама, - ответил я.

Почему-то в тот момент я необыкновенно остро ощутил, как фальшиво звучали мои слова. Нет, не было у меня уверенности, что я вернусь. Совсем не было. А матери врать – последнее дело… хотя иногда невозможно по-другому.

Пауза двадцать секунд.

- Я знаю, сынок, - голос прозвучал совершенно спокойно и уверенно. Но по маминым глазам уже катились слезы. Крупные, как самые яркие звезды.

После этого разговора на душе было тяжело. Мучали предчувствия. Нет, я не думал о смерти – просто ощущал: впереди нечто, подавляющее своей неопределенностью. И кто я со своими родителями в этом звездном круговороте, в который меня затянуло?

Чтобы как-то отвлечься от дурных мыслей, я решил пойти в спортзал. Вызвал Питера по внутренней связи, и предложил потренить вместе. С момента начала полета он никогда не отказывался от такого предложения. Впрочем, как и я.

Спортзал на борту был очень хорошо оборудован. Кроме полного комплекта блочных тренажеров с электромагнитными системами сопротивления, заменившими обычные веса, были даже снаряды для занятий с собственным весом. И свинцовые утяжелители, делающие тренировки совсем не скучными.