Она дрожала, жадно ловя воздух и чувствуя себя так, словно парит на облаке, когда целую вечность спустя он поднялся с кровати. Тихий металлический звон отозвался в её ушах, когда он развязал её путы, и она не смогла удержаться от того, чтобы открыть глаза.

Такеши сбросил одежду на пол.

Её взгляд скользнул вниз по его красивому лицу, мимо вен на мускулистых руках, по кубикам пресса, вниз к внушительной длине между его ног.

Он был произведением искусства. Превосходнее, чем любой художник мог бы запечатлеть.

И он был полностью её.

Такеши забрался на кровать, поднимая её так, чтобы она сидела прямо, прижавшись спиной к изголовью.

— Ты помнишь, что мы можем остановиться в любой момент, верно? — спросил он низким голосом.

— Да. Но я не хочу, — прошептала она, и эта правда пропитала её вены, когда она схватила его за руки.

— Я тоже не хочу, Кейнс. — Его глаза блеснули. — А теперь открой для меня рот.

Она моргнула, пока он смотрел на неё, подняв бровь и ожидая, пока она подчинится. Когда она слегка приоткрыла губы, Такеши просунул между ними палец — тот самый палец, который только что был внутри неё.

— Соси, — приказал он.

Она обхватила губами его палец, втягивая его глубоко в рот, пока пробовала на вкус доказательство своего возбуждения. Глаза Такеши вспыхнули, когда она всосала его палец еще глубже, принимая всё, что он предлагал.

В следующую секунду он вытащил его со щелчком.

Она ухмыльнулась, наслаждаясь этим вызовом и жаждая большего.

Такеши поднялся на колени, его твёрдая плоть находилась в нескольких дюймах от её лица. Капли смазки уже блестели на кончике. Она провела языком по губам, наклоняясь вперёд, когда он мягко — но настойчиво — толкнул её обратно к изголовью.

— Ты должна быть терпеливой. — Его голос был глубже, чем она когда-либо слышала.

— Я не отличаюсь терпением.

— Я тоже. Но сначала ты будешь умолять об этом. — Его губа изогнулась в сексуальной ухмылке, пока он навязчиво наблюдал за каждым микровыражением её лица.

Она наклонила голову, и эта заряженная перепалка делала их обоих всё более дикими с каждой секундой. Но её терпение действительно иссякало.

И она пошла на поражение.

— Ты будешь вечно ждать, пока я стану умолять. И если так, то, может быть, мне стоит найти кого-нибудь другого, кто засунет свой...

Такеши толкнул свой член ей между губ, заставив её замолчать на полуслове. Она торжествовала от своей победы и всосала его на всю длину в рот, впиваясь ногтями в его мускулистые бёдра для опоры.

Он пульсировал.

Такеши мягко запустил пальцы в её волосы, проталкиваясь глубже, пока не упёрся в заднюю стенку её горла.

— Ты так хорошо принимаешь его, — прошептал он.

Его похвала только подогревала её решимость принять всё, что он мог дать. Такеши всегда был стойким. Намертво держащим контроль. Но сила наблюдения за тем, как он теряет самообладание из-за неё? Это было самым эротичным из всего, что она когда-либо испытывала.

Он-то думал, что главный здесь он.

Но на самом деле — она.

Его бёдра дрожали, мышцы были напряжены. Она почувствовала, как он разбухает у неё во рту, и когда она слегка поперхнулась, он взорвался, заполняя заднюю часть её горла.

И Халани проглотила всё до единой капли.

Когда Такеши излился, он отстранился, его челюсть расслабилась.

Он молча смотрел на неё, и глубина вместе с болью в его выражении лица способны были сдвинуть горы.

— Ты невероятная, — выдохнул он. — Невероятно идеальная.

Она улыбнулась бесконечной любви в его глазах — той же привязанности, что отражалась и в её собственных. Халани откинулась назад, пока он нависал над ней, всё ещё твёрдый как камень.

Она уловила мелькнувшее колебание в его взгляде и потянулась вверх, чтобы обхватить ладонями его лицо.

— Я люблю тебя, Такеши. Я хочу тебя всего. Навсегда.

Его глаза расширились, словно какая-то часть его всё ещё боялась, что она исчезнет. Халани обхватила руками его шею и поцеловала его, уничтожая эти сомнения.

Страсть жила в каждом вдохе. В каждом прикосновении. Такеши целовал её медленно, смакуя её, перед тем как войти.

Её мышцы сжались.

Такеши был крупным. Крупнее любого мужчины, с которым она когда-либо была близка. Но он подождал, пока она привыкнет к его размеру, прежде чем продвинуться вперёд, дюйм за восхитительным дюймом, пока не погрузился в неё полностью.

— Ты в порядке? — прошептал он, сканируя её лицо на предмет признаков дискомфорта.

— Да, — настояла она.

Халани никогда ещё так чётко не ощущала своё сердце. Казалось, будто он залез к ней в грудь и крепко сжал этот орган в своей руке, лаская каждый нежный удар.

Чёрные зрачки Такеши были расширены во весь глаз, он едва удерживал контроль. И затем он начал двигаться. Он толкнул свои мощные бёдра навстречу её бёдрам, двигаясь внутрь и наружу, попадая в то самое сладкое место, от чего губы Халани приоткрылись, а пальцы полоснули по его спине.