– Ну так о чем? Об этом её придурке, который машину разбил. О Яше. Ты, кстати, тоже постарался, конечно. Что там? Джип им подпортил. Дом чуть не сжег.
– Ну не сжег же. И что в итоге?
– Да всё нормально. Договорились. Оставят ее в покое. И даже этого её горе-Шумахера не тронут.
– Значит, мы можем завтра куда-нибудь с ней рвануть?
– Куда? – нахмурился отец.
– Ну, просто по городу прошвырнуться, погулять, а то мы засиделись уже дома.
Помолчав, он не то кивнул, не то пожал плечами, мол, как хотите.
Потом отец уехал на свой завод, а я поплелся к себе и всё-таки уснул. А продрал глаза только ближе к обеду. Но зато настроение было на все сто. Я даже поймал себя на том, что насвистывал какую-то попсу, навязшую в ушах, пока принимал душ и брился. Пресекал себя: блин, фу. Фигня какая. А спустя несколько секунд снова выводил трели. Самому смешно.
А с другой стороны – ещё не так возрадуешься и не то запоёшь. Мы ведь тут уже неделю как затворники сидели. Дальше двора – ни шагу. И пускай всё как бы есть, но само по себе ощущение несвободы угнетало дико. Если б не Марина, у меня бы точно башню снесло.
Ну и главное, то, что больше ничего Марине не грозит, тоже изрядно добавляло градусов к настроению.
Надо это дело отметить, решил я. Сходим куда-нибудь, погуляем, посидим… Романтик из меня, конечно, хреновый, но я всё равно что-нибудь придумаю. Грач вот вчера присоветовал покататься с ней на катере. Неплохо, по-моему.
Ещё хотелось что-нибудь ей подарить. Что-нибудь красивое и дорогое. Может, цепочку? Или кольцо? Только как выбрать? И вообще, что ей понравится? Блин, почему я в этом такой дуб…
Я пересчитал кэш – вроде нормально ещё осталось, должно хватить на всё.
***
Когда я вошёл к Марине, она стояла у окна, в задумчивости разглядывая двор. Не надоел он ей ещё?
Я пристроился сзади, обнял, вдохнул её запах.
– Привет, – прошептал в макушку.
Хотел поцеловать, но она вывернулась. Отошла к креслу, села прямо, как палку проглотила.
– Подожди, Тимур…
Она сложила руки на колени, переплела пальцы, потом подняла на меня взгляд.
Я не сильно разбираюсь во всех этих тонкостях, но этот её взгляд мне не понравился. Он был отчасти виноватый, но главное – какой-то чужой, что ли. Я не знал, что у неё на уме, но под ложечкой сразу противно засосало.
– Марин, да что опять не так?
Я плюхнулся в кресло напротив и тут заметил, что у дверей стоит её рюкзак, очевидно, собранный. От радостной придури мгновенно не осталось и следа. На сердце заскребло в дурном предчувствии. Она что, собирается уехать? Нет! Нет-нет-нет. Пусть даже не думает.
– Тимур, нам надо поговорить.
– Угу, поговорим, ты только мне сначала скажи, что это? – я кивнул на рюкзак. – Ты куда-то собралась? Ты же не думаешь, что я тебя отпущу?
– Об этом я и хотела с тобой поговорить. Тимур… – она отвела глаза. Снова уставилась в окно. – Да, я ухожу.
Я заметил, что под глазами у неё пролегли тёмные круги. Так не было раньше, но сейчас все мои мысли занимал чертов рюкзак и это её «ухожу».
– Куда? Зачем? Нет. Я не дам тебе уйти.
Она покачала головой.
– Я не могу остаться.
– Почему это? Из-за отца?
Она снова покачала головой.
– А из-за чего? Марин, ну если тебе тут стремно, давай уйдем вместе? Снимем хату, делов-то…
– Нет, Тимур. Я совсем ухожу. Я возвращаюсь к… Роме.
– Чего?! Это что, шутка такая?
– Тимур, пожалуйста…
– Что – пожалуйста? К какому Роме ты, нахрен, возвращаешься? Ты о чем вообще?
Она молчала.
– Марин, ты с ума сошла? Ты что такое несешь? Нет, реально, ты в своем уме? Потому что это бред какой-то.
– Пожалуйста, Тимур, не надо, – она посмотрела на меня затравленно.
– Что – не надо? – прикрикнул я и тут же осекся, глядя, как на её лицо набежала мученическая гримаса.
Видеть Марину такой невыносимо, но её слова попросту не укладывались у меня в голове. Нет, это ересь какая-то. Не может такого быть!
– Что тебе вчера сказал мой отец? – мелькнуло подозрение.
Но она пожала плечами.
– Сказал, что все решил. Что ни меня, ни Рому больше никто не тронет. Никаких претензий к нам больше нет.
– И всё?
– И всё. Спасибо ему… и тебе. Спасибо за всё. И прости меня, пожалуйста.
– Нет, я ничего не понимаю. Ты говорила, что ты с ним рассталась, что у вас всё кончено!
– А что я должна была сказать?
– В смысле?
– Тимур, – выдохнула она и поморщилась, будто у нее все зубы разом заболели. – Прости меня, но… всё не так.
– Что не так?
– Я не расставалась с ним. То есть… мы поссорились, но мы не расстались.
– Не расстались? А я? А со мной ты что делала?
– С тобой… с тобой я просто пережидала время, – сдавленно произнесла она. – Твой отец нам помог. Я очень благодарна за это и ему, и тебе, но теперь должна… хочу вернуться к Роме.