— Да. Да, увидите, — тихо отвечаю я и выхожу из звонка. Затем с ревом сметаю все со стола, мой компьютер с грохотом падает на пол.

Дверь моего кабинета распахивается, и врывается Данте, вскидывая брови.

— Я так понимаю, встреча прошла неудачно?

— Свяжи меня с Ферджио, — говорю я ему, проводя рукой по волосам, пытаясь сохранить спокойствие.

— Ферджио? — Его брови поднимаются еще выше. — Хочешь купить еще что-то для Элиры?

— Завтра вечером у нас ужин. С Capo di tutti i capi.

Его резкий вдох говорит о многом.

— Я позвоню ему немедленно.

Данте прав, что беспокоится. Черт, я беспокоюсь. Рафаэль может быть мне как брат, и я доверяю ему свою жизнь, но он нелегко относится к тому, что воспринимает как угрозу своей империи. И благодаря этому провальному собранию он может увидеть в Элире именно это — угрозу. Если он решит, что я влюбляюсь в нее, как предположил Майкл.

К черту.

Моя офисная линия жужжит, и я хватаю трубку.

— Да?

— Это Ферджио, мистер Леоннотти. Слышал, я вам понадобился?

Бутик Ферджио — жемчужина роскошной моды в городе, и он был верным соратником долгие годы, поэтому я доверил ему подарки на день рождения Элиры и ее новый гардероб. У этого человека глаз на детали и благоразумие, которые стоят на вес золота. К тому же он уже знает ее размеры — одной головной болью меньше.

Разговор был коротким, но продуктивным. Мне нужно, чтобы Элира выглядела идеально завтра вечером — не просто красивой, а неприступной. Королевой среди королей. Пусть тогда попробуют ее пренебрежительно оценить.

Я хватаю пиджак после разговора с Ферджио и набрасываю его на руку, выходя из кабинета. Данте встает, но я машу ему, чтобы он остался.

— Оставайся здесь и решай все важное, что появится.

Он не спорит; просто снова плюхается в кресло с ворчанием.

Я направляюсь к лифтам, вниз на подземный уровень, где меня ждет машина. Трое моих людей патрулируют гараж посменно и встают по стойке смирно, когда я появляюсь.

Я киваю им, проходя к своему «Кадиллаку».

Один из них выступает вперед.

— Нужен водитель, сэр?

— Я справлюсь. — Я отмахиваюсь от него и сажусь за руль, поворачивая ключ зажигания. «Кадиллак» оживает с глубоким урчанием, и я откидываюсь на кожаном сиденье, затем выезжаю из гаража.

Короткая дорога домой становится размытой чередой светофоров и внутренней борьбы. Мне нужно осторожно провести завтрашний ужин. Я не знаю, что я чувствую к своей жене, но я определенно что-то чувствую. Что бы это ни было, к завтрашнему вечеру мне нужно загнать это в самую глубь ада. Это единственный способ получить от Рафаэля благословение на наш брак.

Не то чтобы его одобрение имело значение. Мы с Элирой уже женаты, и никто не может сделать или сказать что-то, чтобы это изменить. Тем не менее, его одобрение облегчит мою жизнь и брак.

Я подъезжаю к своему зданию как раз в тот момент, когда лимузин встает рядом со мной. Ферджио выходит с двумя девушками, которые, как я предполагаю, работают с ним. Его взгляд устремляется на меня в ту же секунду, как я выхожу из «Кадиллака», и он быстро склоняет голову, его спутницы следуют его примеру.

Но мой разум уже наверху с Элирой. Что она делает сейчас? Печет что-то новое? Ждет меня? Все еще носит пробку?

Когда я начал заботиться об этом?

Глава 21

ЭЛИРА

В тот момент, когда я слышу, как открывается входная дверь, мое сердце делает этот нелепый маленький кульбит, и мои ноги начинают двигаться сами собой. Я прохожу половину пути до двери, прежде чем мой мозг догоняет тело.

Что. За. Черт? С каких пор я прыгаю, как нетерпеливый щенок, когда он входит в эту дверь?

Алло? Земля вызывает мозг: он враг.

Марко бросает на меня вопросительный взгляд, когда я разворачиваюсь на полпути и заставляю себя идти — не бежать, не подпрыгивать, просто идти — обратно к дивану с максимально возможным достоинством. Сесть требует деликатного маневра из-за пробки в заднице, которая была моим постоянным спутником — и мучителем — последние дни.

Шаги эхом раздаются громче, и, черт возьми, мое предательское сердце снова ускоряется. Я с предвкушением смотрю в дверной проем.

Появляется Максимо, но он не один. Процессия позади него заставляет мои брови взлететь к линии волос. Смутно знакомый пожилой мужчина, за которым следуют две девушки примерно моего возраста, вкатывают высокую тканевую стойку, ломящуюся от дизайнерских платьев. И — Господи — половина людей Максимо входят с еще одной тканевой стойкой, сияющим зеркалом в полный рост на колесиках и согнувшимися под тяжестью гор пакетов с покупками.

— Что все это значит? — спрашиваю я Максимо, медленно поднимаясь с дивана, гордясь тем, что мой голос звучит ровно, несмотря на цирк, разворачивающийся передо мной.

— Внезапно возник ужин завтра вечером, так что нам нужно подобрать тебе подходящий наряд, — отвечает он, входя в гостиную с толпой людей по пятам.