— Да, или разбирает выражения лиц...

— Это шедевр!

— Сколько ты за него просишь, крошка?

— Он не продается. Его сделали мы с отцом, понимаете...

— Я понимаю, понимаю, но скажи мне, сколько времени уходит, чтобы сделать такую прелесть?

— Ну, несколько недель, при ус...

— Это затратно в плане материалов?

— Ты не продашь мне свои чертежи?

— Жадность для человека — это как ржавчина для железа, — предупредил Зубчатик.

— О! Он опять!

— Невероятно! Поистине невероятно!

Ликующая Гриза демонстрировала разные функции своего крылатого автомата умаявшимся за день и пьяноватым, но очарованным маленьким устройством торговцам. Окаменевший Сирус едва осмеливался притрагиваться к своему супу, но торговцы не обращали на него никакого внимания. Почти полчаса продолжались восторги вокруг них, а зал трактира тем временем постепенно пустел. Рынок открывался рано, и большинство покупателей отправлялись спать сразу же после еды. Наконец поклонники Зубчатика, пожелав им спокойной ночи, вернулись по своим комнатам. Они оставили Гризе небольшую пачку визитных карточек на случай, если она когда-нибудь задумается о массовом производстве и продажах Зубчатиков. Обрадованная девочка аккуратно их собрала и положила в карман своего комбинезона.

— Ты совсем спятила? — взревел Сирус, когда они снова остались одни. — Ты хочешь, чтобы все знали, где мы находимся? Через два дня весь город будет знать, что в «Двух цаплях» остановилась заморейка со своим крылатым автоматом! Нам придется перебраться в другое убежище и... Эй, ты меня слушаешь?

Взгляд девочки застыл. Ее кожа побледнела, а пальцы сжались на краешке стола.

— Они уже здесь, — безжизненно пробормотала Гриза.

— Что?!

Сирус, встревожившись, проследил за взглядом девочки. Он был прикован к небольшому столику у входа, за которым сидели двое. Вероятно, они уселись туда, пока Гриза показывала свой автомат торговцам.

Это были весело болтающие импозантный мужчина с опаловой кожей и высокая худая женщина с длинными черными волосами. Мужчина нежно поглаживал руку женщины, а та в ответ бросала на него влюбленные взгляды. Они не обращали ни малейшего внимания на происходящее вокруг, просто смотрели друг на друга.

Волшебник нахмурился.

— Ты уверена? — прошептал он.

— Этот человек — маг с островов, — выдохнула Гриза. — Я его узнала, я мельком разглядела его лицо в ночь похищения.

Под столом поднялся Квинт, выгнув спину и уставившись большими зелеными глазами на парочку.

— Думаю, она права, хозяин. Посмотри на его щеку: там все еще видны следы от когтей, которые я ему оставил, когда он заходил в нашу комнату...

Действительно, вдоль скулы мужчины тянулись две крошечные красные полоски. Сирус быстро оглядел комнату и с ужасом заметил, что за исключением трактирщика и этой парочки таверна совершенно пуста. Даже зловещий автомат с гладким черепом исчез, пока Гриза хвасталась перед торговцами.

Словно только что подумав о том же самом, оба посетителя вдруг перестали улыбаться. Их сплетенные руки бесстрастно разошлись, и они встали, бросая саркастические взгляды на Гризу и Сируса.

По позвоночнику волшебника пробежала струйка холодного пота. Сомнений больше не оставалось: похитители действительно нашли их.

Вата бесстрастно двинулась к стойке и обратилась к трактирщику, который ответил ей угрюмо и односложно. Она без предупреждения схватила мужчину за шею и с силой ударила его лицом о стойку. Шум эхом разнесся по залу, но, кроме них, его никто не услышал. Трактирщик с остекленевшими глазами и окровавленным носом попятился назад и рухнул на пол.

Двое негодяев повернулись к Гризу и Сирусу, которые почувствовали, как их конечности онемели от испуга.

Нет, — сообразил Сирус. Это не страх их сковал: это заклинание! Островной маг беспрестанно шевелил губами, читая проклятие, не позволяющее им бежать! Ментальная магия просачивалась в головы подростков, словно холодная, липкая жидкость, разрывая связь между их разумом и телами и полностью обездвиживая их.

— Сопротивляйся, хозяин! — мявкнул Квинт, запрыгивая на стол со вставшей дыбом шерстью и отчаянно шипя.

Акцент слегка отшатнулся, узнав кошака, разодравшего ему щеку, и его концентрация на секунду ослабла. Этого более чем хватило Сирусу, который воспользовался кратким ослаблением заклятия, чтобы запустить мощное контрзаклинание. Паралич мгновенно рассеялся, и Гриза с Сирусом вновь обрели свободу движений.

Толстый маг выругался, сбитый с настроя из-за разрушения проклятия. Глаза женщины зло сверкнули, и она выхватила из-за пояса длинный тесак. Гриза задохнулась от ужаса: очевидно, никто не оговаривал, что их следует захватить целыми и невредимыми — или хотя бы живьем.

Зубчатик двинулся к Вате и запорхал вокруг нее.

— Насилие — аргумент слабых и глупых, — предупредил он своим металлическим тембром.