Но вскоре на его лице появилась торжествующая ухмылка: со своей высоты он увидел подтягивающиеся к эспланаде армейские силы. Наконец-то прибыли контингенты имперских автоматов, размещенные в некотором отдалении от эспланады. Их было меньше, чем ожидалось, но это не имело значения: они сделают свою работу!

В отличие от своих собратьев из Медной стражи, модели регулярной армии были запрограммированы под партизанскую войну и штурм, оснащены гораздо лучшей броней и оружием, а также с искусственно усиленным чувством повиновения и долга. Все это гарантировало их эффективность и одновременно ограничивало возможность измены.

Толпа все еще сопротивлялась, пытаясь помешать их продвижению, но массивные механические солдаты пробивались сквозь нее без труда. Они приблизились к центральной сцене, их искусственные глаза устремились на пленников, которые таинственным образом освободились от кляпов и кандалов.

Механический полк развернулся в идеальном порядке, заняв позиции вокруг сцены. В одно мгновение обвиняемые оказались под их прицелом. Сирус обшарил тревожным взглядом окрестные крыши. Что там ковыряется Гриза?

— Готовься стрелять! — злорадствовал Веззир.

— Остановитесь! — снова воскликнула Сарензия. — Веззир, я умоляю тебя, послушай меня!

— Я делаю то, что дóлжно сделать, Ваше Величество! — лихорадочно вскричал Веззир. — Как я всегда делал! Так же, как я избавился от вашей сестры, которая положила глаз на ваш трон! Или от этого идиота Меццокла, который выбрал бы себе в помощники другого ученика, не понимая, что я — лучший из возможных вариантов! Или этого напыщенного дурака, шевалье де Монгра, который воспользовался своим доступом во дворец, чтобы посоветовать вашему отцу отстранить вас от власти!

— Я так и знал! — воскликнул Альбрехт. — Я знал, что ни за что не проиграл бы в фехтовальной дуэли! Вы устроили на меня покушение!

— И еще какое! — воскликнул Веззир, переведя безумные глаза на потрепанный автомат. — Я потерял шесть человек в засаде той ночью, но оно того стоило! Вы пытались не допустить к власти мою дорогую, милую, мою совершенную Сарензию, вы пытались помешать нам с ней править вместе, ей и мне! Почему вы не остались просто в своей могиле, а?! Вы все испортили!

— Вы... убили... всех этих людей? — пробормотала Сарензия, бледная как призрак. — Вы... вы...

— Я сделал все необходимое, чтобы обеспечить вам трон, Ваше Величество! Все необходимое! Я даже ускорил переход вашего отца в лимб, чтобы избавить вас от мучительного созерцания медленного, болезненного разложения!

— Вы... вы убили нашего отца? — прохрипела Паучиха, воздев кулак в сторону волшебника. — Но... его здоровью не угрожала смерть! Врачи сказали, что он должен был прожить...

— Десять лет, Ваше Величество! — завопил Веззир. — Десять лет, только представьте! Десять лет, в течение которых он позволял бы себе поддаваться влиянию предателей вроде Альбрехта де Монгра, десять лет, в течение которых он замышлял бы сместить вас с трона в пользу вашей презренной сестры!

— Он сошел с ума! — воскликнула Паучиха. — Полностью сошел с ума!

re

— Я сделал это ради вас, Ваше Величество! — проскулил Веззир. — Только для вас! Чтобы вам никогда, никогда и никого не приходилось бояться!

Сарензия стукнула кулаком по перилам и громовым голосом скомандовала автоматам:

— Имперские солдаты! Мы, Сарензия I, императрица Микеи, приказываем вам немедленно опустить оружие!

Но автоматы не дрогнули ни на волос. Веззир грустно рассмеялся:

— Это я верховный командующий армией, Ваше Величество! Это мой голос им приказывает! Вы доверили мне военную власть после снятия баронессы Абилаб, помните? Еще тогда, когда в армию стали поступать автоматы, вы не захотели их брать под начало и отдали той предательнице! Вы всегда были мягкой, Сарензия! Ваша натура слишком нежна, чтобы приказывать своим солдатам резать врагов, чтобы быть жестокой и безнравственной ради блага Империи! Я давно это понял и никогда не упрекал вас за это: это бремя я с радостью нес за вас!

Сквозь выступившие на глазах слезы Верховный Эзотерик воспринял потрясенное молчание Сарензии как одобрение.

— Вперед, куча металлолома! Убить их, я сказал! Огонь! Огонь на поражение!

Раздалась серия зловещих щелчков, когда механические солдаты взвели свои фузеи. Они тщательно прицелились в сердца сгрудившихся пленников, поднесли указательные пальцы к спусковым крючкам и...

Ничего.

Автоматы стояли неподвижно, с пальцем в сантиметре от гашетки.

— Стреляйте! — прорычал Веззир. — Стреляйте, чтоб вас!

Но солдаты по-прежнему не стреляли. Вместо этого один из них медленно запрокинулся назад, упав на землю с громким лязгом сминающегося металла. За ним последовал второй, затем третий, задетый падением второго.

На мгновение воцарилась тишина. Затем один за другим все солдаты-автоматы на Корабельной эспланаде со скрипом попадали, внезапно лишившись жизни, и врезались в булыжники.

— Простите, господин министр! Кажется, я поломала ваши игрушки! — прокричал над ним веселый голос.