Быть добрым к человеку – это так просто. И всё же меня всю жизнь окружают люди, которые ведут себя так, будто это непосильный труд. Я ведь ничего им не сделала. Они просто выбрали свою сторону в какой-то дурацкой игре школьной политики, о которой я даже не подозревала, пока сама не осталась за бортом – одна, наблюдая со стороны. Это заставило меня усомниться во всем. Те немногие люди, которых я считала друзьями, не оказались настоящими. Иначе они не отвернулись бы от меня. Стыдно признавать, но за последнюю неделю, пока я была заперта днем в комнате Ганнибала и засыпала ночью в его объятиях, чувствовала себя как дома сильнее, чем когда-либо за всё время в Огайо.

— Тебе нужно что-нибудь еще?

Слова Ганнибала вырывают меня из мыслей.

— Разве что средства гигиены.

Не выпуская руки, он ведет меня в отдел с косметикой и средствами для ухода, хватая с полок куда больше, чем вообще нужно, а потом тянет дальше в соседний магазин.

Застываю прямо в дверях, скользя взглядом по полкам с детскими вещами. Ганнибал отпускает мою руку, подходит к ближайшему стеллажу и берет мягкую игрушку в виде мотоцикла. В полном ошеломлении молча наблюдаю, как он оплачивает ее, и возвращается ко мне с ухмылкой.

— Надо с самого начала приучать нашего парня к правильным вещам. Что такое? Что случилось? — спрашивает он, когда я снова начинаю плакать.

— Гормоны? — с трудом выдавливаю, пока он обнимает меня за плечи и ведет обратно к машине.

Как признаться ему, что он первый человек, который вообще заговорил о ребенке без отвращения в голосе? Не считаю тревогу Невеи за малыша, когда она увидела мои синяки. До сих пор не понимаю, это было искреннее беспокойство или ей просто казалось, что она должна его испытывать. Фух, я уже сама себе не кажусь нормальной.

Ганнибал открывает мне дверь, помогает устроиться поудобнее, потом закидывает пакеты назад, снимает жилет и бросает его на заднее сиденье, прежде чем сесть за руль.

— Есть хочешь?

— Не отказалась бы.

— Чего хочешь?

Мне даже думать не приходится.

— Бургер и молочный коктейль.

— Вот это моя женщина.

Улыбаюсь и отворачиваюсь к окну. Ровное урчание двигателя постепенно расслабляет меня, и я закрываю глаза. А в следующий момент уже чувствую себя на руках у Ганнибала, он несет меня обратно в спальню.

Глубоко вдыхаю его запах, прежде чем он осторожно укладывает меня на кровать и стягивает обувь.

Когда он поднимает взгляд и понимает, что я проснулась, тяжело выдыхает.

— Прости. Старался тебя не разбудить.

— Я скорее голодная, чем уставшая, — жалобно бормочу. Я правда хотела тот бургер.

— Сейчас отправлю проспекта разогреть еду и принести наверх. Не знал, что именно тебе взять, так что набрал понемногу всего.

— Я не привередливая.

У меня никогда не было роскоши такой быть.

— Побудешь немного одна?

Хмурюсь, глядя на него.

— Всё нормально. Я привыкла быть одной.

Мой ответ ему явно не нравится, но я не понимаю, что именно он хотел услышать. На секунду он замирает в дверях, а потом молча уходит.

Тяжело вздыхаю и смотрю в потолок. Какой же странный сегодня был день. Хороший, но странный. С плохими днями я умею справляться. Последнее время у меня только они и были. А вот что делать с хорошими – понятия не имею. Насколько это вообще жалко?

Разозлившись на себя за излишнюю драматичность, слезаю с кровати и остаюсь в одном белье. Натягиваю одну из футболок Ганнибала и его боксеры, понимая, что скоро принесут мои вещи и больше не придется носить этот комплект. И точно не собираюсь задумываться о том, почему от этой мысли вдруг становится грустно.

Сложив одежду, кладу ее на комод, когда в дверь стучат. Закусив губу, на секунду замираю, не зная, можно ли мне вообще открывать.

— Лола? Это Хупс. Ганнибал прислал меня с едой.

С облегчением выдохнув, открываю дверь и вижу проспекта с подносом, заставленным едой, и парой книг под мышкой.

— Эм… тебе помочь?

— Нет, всё нормально. Просто скажи, куда поставить.

— На кровать?

Когда он заходит внутрь, непроизвольно отступаю назад. Хупс ставит поднос на кровать, берет книги и кладет рядом.

— Ганнибал сказал, ты любишь читать и что забыл купить тебе книги, пока вы были в городе. Так что я захватил парочку из своей комнаты. Надеюсь, подойдут. Если честно, не особо знаю, что тебе нравится.

— Я читаю всё подряд. Спасибо огромное.

Подхожу ближе, любовь к книгам делает меня смелее. Обе мне знакомы. Книги очень известного автора хорроров.

— О, я их видела, но еще не читала. Не могу дождаться, когда начну.

Я даже хлопаю в ладоши, заставляя его рассмеяться.

— Если понравятся, скажи. У меня есть еще.

Наверное, мои глаза в этот момент загораются, как лампочки на Рождество, потому что он тут же прочищает горло и указывает на поднос.

— После разогрева уже не так вкусно, конечно, но еда есть еда, верно?

Смотрю на поднос и сглатываю.

— Слышала про «есть за двоих», но чтобы съесть столько, мне пришлось бы носить восьмерых.