Правда заключалась в том, что сколько я себя помнила, у меня была одна фантазия, которую я никогда и ни с кем не воплощала. Желание быть взятой против воли. Быть абсолютно беспомощной и отданной на милость огромного, сильного мужчины.

Я думала, что эта фантазия испарится после того, как я увидела, что Джейк сотворил с Джулией. Но она не исчезла. И с тех пор я каждый день с ужасом думала, что это говорит обо мне — что даже став свидетелем чужого страха и травмы от такого ужасного преступления, я всё равно храню эти темные желания глубоко внутри.

Я пыталась убедить себя, что это безобидно; что в реальной жизни я бы никогда не хотела, чтобы это произошло по-настоящему. Что это просто фантазия, не имеющая ничего общего с тем, какая я на самом деле. Но если это правда… почему же тогда меня круглые сутки гложет это чертово чувство вины?

Это чувство буквально душило меня, постоянно напоминая о том, что где-то глубоко во мне живет это необъяснимое желание, которое никак не вяжется с тем, что я должна чувствовать. Меня должна была приводить в ужас одна только мысль об этом; должно было тошнить настолько, чтобы полностью выжечь это из своей памяти.

И всё же… оно никуда не делось. Это желание быть выслеженной, загнанной и жестоко подчиненной — когда твоё мнение вообще ничего не значит.

Я глубоко вздохнула, заставив себя отогнать эти мысли, и выпрямилась. Следующие несколько часов я провела за конспектами, переписывая старые лекции, чтобы информация получше уложилась в голове.

В пять часов в животе заурчало. Собрав учебники, я поплелась прочь из библиотеки, низко опустив голову, чтобы не встречаться ни с кем взглядом. Сначала я думала зайти перекусить в одну из студенческих столовых, но понимала, что в это время там будет не протолкнуться, а сталкиваться с новыми оскорблениями мне не хотелось. Поэтому я решила пойти прямиком в общагу. На моем столе лежало несколько пачек крендельков и вяленых грибов — они и станут моим ужином на сегодня.

Пока я шла по коридору общежития, несколько человек наградили меня презрительными взглядами, но никто ничего не сказал — если не считать парня, который пробормотал что-то невнятное мне вслед, когда я проходила мимо.

Подойдя к своей комнате, я замялась и для начала постучала в дверь:

— Тесса, это я. Просто предупреждаю, что я вернулась — на случай, если тебе нужно морально подготовиться к моему появлению или типа того.

Изнутри донеслись шаги, но она не ответила.

Вздохнув, я достала ключ-карту и приложила её к электронному замку. Затем толкнула дверь и медленно переступила порог. Желудок скрутило от тревоги: я гадала, как Тесса отреагирует на мое присутствие.

Её не было ни за рабочим столом, ни на кровати. Дверь в ванную была закрыта, а из щели внизу пробивался свет.

Я потерла переносицу и вздохнула. Затем прокашлялась и позвала её:

— Я знаю, что ты всё еще очень зла на меня, но если ты позволишь мне объяснить, ты поймешь, что происходит. Пожалуйста, выходи, давай поговорим.

Она не ответила, но я услышала, как её ноги шаркнули по кафелю.

— Тесса, ну же. Ты не можешь прятаться там всю ночь, — сказала я. — Если только ты не планируешь спать прямо в душе.

В ответ мне снова была тишина.

— Я просто пошутила про душ, на случай если ты…

Я резко оборвала сама себя, почувствовав, как в кармане завибрировал телефон. Вытащив его, я увидела, что на экране высветилось имя Бри.

Я провела пальцем по зеленой кнопке ответа и поднесла трубку к уху:

— Привет, как там твоя учебная группа?

— Ой, да они разошлись сто лет назад, всё прошло нормально, — весело отозвалась она. — Короче, тебе нужно срочно дуть в «Хижину»!

Я нахмурилась:

— Мне казалось, мы договаривались встретиться там только в восемь.

— Я знаю, но я только что пересеклась с Тессой и всё ей объяснила. Пожалуйста, не злись. Я знаю, что ты хотела рассказать ей сама, но мне очень хотелось всё исправить и загладить вину за то, какой стервой я была с тобой сегодня.

Мои брови поползли вверх:

— Погоди… что?

— Да не переживай ты! Я взяла с неё обещание, что она никому ничего не растреплет, и она не растреплет. Она ведь понимает, что Джейк может пойти на крайности, если узнает, что ты начала рассказывать людям о его поступках, — поспешно сказала Бри. — В общем, она чувствует себя полнейшей тварью из-за того, как разговаривала с тобой сегодня, и хочет извиниться. Но она слишком струсила, чтобы позвонить и позвать тебя сама — она уверена, что ты её теперь очень ненавидишь.

Я медленно сделала шаг назад, не сводя глаз с теней, которые двигались в полоске света, падавшей из-под двери ванной.

— Бри… ты хочешь сказать, что ты сейчас прямо вместе с Тессой? — тихо спросила я, понизив голос. — Вот прямо в эту самую секунду?

— Ну да, мы в «Хижине». Подъедешь? Слоун тоже уже на подходе.

— О боже, — прошептала я, медленно пятясь к выходу. — Кажется, в моей комнате кто-то есть.

— Что? — в голосе Бри послышалось недоумение. — Эв, ты в порядке?