Кейтлин внезапно пошевелилась и что-то пробормотала во сне, а я вспомнил ту ночь в домике, когда нас застала непогода: она была рядом и разговаривала во сне, произнося моё имя. Помню, что проснулся, услышав её шёпот, и подумал, что Кейт что-то понадобилось. Потянувшись к лампочке, что стояла на столе рядом с диваном, я включил свет и посмотрел в лицо девушки. Каково же было мое удивление, когда понял, что она спала. Ошеломленный, я сел напротив неё и прислушивался, наблюдая за её лицом. Это было так захватывающе. Ничего подобного ещё не случалось в моей жизни. И именно в тот момент, в ту ночь я решил, что чем быстрее я огорожу этого ангела от себя, тем лучше будет для нас обоих.
– Нет! – заворочалась она сильнее, сминая простынь под собой.
Я не знал, будить её или нет, и смотрел на неё сквозь сумрак комнаты.
– Марк…
Я снова, как тогда, услышал своё имя, и по моему телу разлилось тепло. Уфф, прямо какое-то дежавю.
– Марк, нет!
Я напрягся.
– Прошу, не надо…
Услышал я, и моё сердце сжалось от разочарования. Я сидел и смотрел в её лицо, оно было таким беспокойным, тревожным.
– Уходи, – шептала она, и слёзы покатились из её глаз.
Почему я должен был уйти?
– Нет, – всё так же ворочалась она. – Нет… Нет… Нет...
– Кейт, – я позвал её, касаясь плеча, но она никак не отреагировала.
Я настойчивее позвал и встряхнул. Кейт сонно разлепила глаза, всматриваясь в темноту и удивлённо распахнула глаза, когда наконец увидела меня.
– Марк, – она облегченно выдохнула мое имя.
Я коснулся её руки.
– Ты меня так напугала, – сказал я заботливо.
Кейт задумчиво посмотрела на меня.
– Тебе снился кошмар, – объяснил я.
– Я опять разговаривала во сне? – спросила она, смущаясь.
– Да, – сказал я с нотками разочарования. – Просила меня уйти.
Она обхватила лицо ладонями, и я испугался, что ей снова стало нехорошо.
– Кейт? – позвал я её. – Что случилось? Тебе плохо?
– Марк, я… – произнесла она надломленным голосом. – Это сложно. Но я не должна была соглашаться на твою помощь. Я не знала, что это ты был тем человеком…
Я непонимающе смотрел на неё.
– Я и подумать об этом не могла, что тот человек, который оттащил от меня Генри – ты! – выпалила она. – Я была в таком ужасном состоянии, мне жаль, что ты всё это видел, хоть и не должен был. Но я благодарна тебе и даже обязана… – сказала она тихо, и я почувствовал, что она снова плачет. – Да, я была сильно разочарована тогда твоим внезапным исчезновением. И даже толком не успела осмыслить происходящее, потому как разбились мои родители, и я осталась совершенно одна наедине со своими плохими мыслями. Сначала ушел ты, потом родители, – слёзы текли по её лицу. – Я не виновата в том, что произошло в клубе, – она лежала, уткнувшись в мое плечо, и продолжала изливать душу. А я чувствовал, как нарастает ком в горле. – Я не провоцировала его на эти действия.
– Тише, – я погладил её по голове, успокаивая. – Никто и не говорит, что ты как-то это спровоцировала.
– Нет, – шептала она. – Я не давала ему повода, – повторила она и посмотрела в мое лицо. – Но и очень сожалею, что ты стал свидетелем того кошмара. Мне так стыдно…
– Кейт, что за глупости, – тепло проговорил я. – Был бы это я или кто-то другой, главное, что ничего не случилось. – Ты поэтому так отреагировала, когда узнала, что это я оттащил от тебя Генри? – я приподнял её лицо кончиком пальца, чтобы видеть глаза.
Она кивнула и отвернулась, высвободившись из моих рук. Свернулась калачиком под одеялом. Впервые в жизни я не знал, что делать: то ли обнять и успокоить её, то ли уйти, оставив наедине со своими переживаниями. Я выбрал первое. Мне не хотелось её бросать одну.
– Я больше никуда не уйду и не оставлю тебя, – только сейчас я начинал понимать, что тех нескольких встреч стало достаточно, чтобы оставить в её душе горечь от моего исчезновения. Свои же воспоминания о Кейт я спрятал в самый дальний угол души, заставляя себя не думать о ней, меняя при этом женщин одну за другой, в итоге всегда возвращаясь к своей «светской» подружке Оливии.
Я лёг сзади и крепко прижался к ней, обвив рукой её талию. Кейт не противилась, и я стал напевать свою любимую мелодию, поглаживая пальцами её живот.
Кейтлин
Я слушала нежный баритон Марка:
Все тревоги отступят назад,
Сквозь ночную тьму пробьется рассвет,
Утром слёзы исчезнут в глазах,
Ты должна быть сильнее любой из потерь…
Все тревоги отступят назад,
И сквозь тучи протиснется луч
Он спугнет череду неудач,
И теплом развеет всю грусть.
Все тревоги отступят назад…
Все тревоги отступят назад…
Мне вдруг стало очень спокойно. Все тревоги, и правда, отступили назад, пока эти руки держали меня в своём плотном кольце, а голос приятно убаюкивал. Я ненавидела себя за эту слабость, за то, что никак не могла собраться, за частые слёзы.