– В моём случае, чем быстрее пройдет суд, тем лучше. Алек намеренно пустил дело в оборот.

– Почему? Может быть, Оливия передумала бы, забрала заявление? – я едва поспевала за Марком.

– Именно этого и нельзя допустить. Нельзя дать ей такое преимущество в руки. Она первой затеяла игру, сама же и попадёт на крючок. За клевету и ложные обвинения, если дело выгорит, получит немалый штраф.

– А если признают твою вину и дадут срок?

Марк внезапно остановился и повернулся ко мне лицом, а я, не ожидая от него такого резкого торможения, впечаталась в широкую грудь, и меня слегка отпружинило назад, словно я была мячиком для игры в пинг-понг, встретившимся с препятствием. Запнулась каблуками об асфальт, потеряла равновесие и вскинула руки вверх, ожидая неминуемого падения. Но Марк подхватил меня в нескольких сантиметрах от земли и поставили на твёрдую поверхность. Потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя от быстроты его реакции, ведь мысленно я уже лежала спиной и затылком на асфальте.

– Прости, я не ожидала, что ты так внезапно остановишься…

Марк пробурчал в ответ что-то нечленораздельное, поднял папку с асфальта, схватил меня под локоть и повёл к входу.

– Не переживай, не докажут, – сказал он, когда мы вошли внутрь.

Мы поднялись на лифте на двадцать восьмой этаж. Прошли по длинному коридору до конца и оказались в просторном холле.

– Мишель, – обратился Марк к девушке приятной внешности, сидевшей за небольшим столом, – пригласите ко мне Алека Стэнвуда, – снова подхватил меня под локоть и провёл в кабинет.

– Хорошо, – только и успела сказать девушка, как дверь за нами тут же закрылась.

Марк выпустил мою руку. Внимательно осмотревшись по сторонам, я приметила небольшой диван и стулья в углу. Ноги по-прежнему не слушались, но я без проблем добралась до цели и присела, облегчённо выдохнув. Если недомогание и слабость не прекратятся, даже не представляю, как вернусь обратно в Сиэтл. От одной мысли о полёте становилось не по себе. Что, если вдруг окажется, что задержка просто сбой, а плохое самочувствие предвестник какого-то заболевания? Я ровным счётом ничего не знала об ощущениях беременных, кроме того, что тех тошнит и у них округляется живот. Ведя внутренний монолог, я и не заметила, как в кабинете появился Алек. Марк с кем-то разговаривал по телефону и стоял ко мне спиной.

– Кейтлин, – поприветствовал мужчина, но я даже не предприняла попытки привстать, дабы не спикировать на пол. Ноги все ещё плохо слушались. – Как добрались?

– Спасибо, всё хорошо – я отделалась дежурными фразами. Хотелось поскорее закончить дела и попросить Марка, чтобы Сэм отвёз меня домой.

– На послезавтра назначено слушание, я попытался максимально сделать его закрытым от репортёров, но как понимаешь, имя Бреттов на слуху, особенно в Англии. Особенно на фоне не состоявшейся свадьбы Марка и Оливии, инфаркта мистера Бретта. Тебе будут задавать компрометирующие вопросы, но ты не должна вестись на провокации, говорить коротко и по существу. Отвечать только на вопросы, которые задаст тебе судья. Нам необходимо будет съездить с тобой к следователю.

– А что мне говорить? – столько информации, предостережений.

Я взглянула в сторону Марка, он уже повернулся к нам лицом, но продолжал разговаривать по телефону, наблюдая со стороны.

– Правду, Кейтлин. Ничего придумывать не нужно. Никаких диктовок и текстов не будет. У тебя самая короткая, но важная роль. После того, как мы выйдем победителями, подадим встречный иск с заявлением на Оливию за клевету и ложное свидетельство. Я запрошу максимальную сумму штрафа. Посмотрим, как она заговорит и к кому прибежит просить денег.

– К Марку, – выдохнула я, теперь окончательно понимая мотивы Марка и Алека. Они собирались откупиться от неё деньгами. – Хорошо, я всё поняла, – уверенность Алека частично передалась и мне. – Алек, – я слабо окликнула мужчину, когда он собирался подняться с дивана.

– Да? – ответит юрист, вставая.

– А если бы… – я запнулась, украдкой посмотрев в сторону Марка, чтобы удостовериться что тот не слышал нашего разговора, – если бы я не вернулась в Лондон и отказалась свидетельствовать в пользу Марка?

Мужчина вернулся обратно на диван, присаживаясь рядом.

– Что за мысли? – мы не были хорошими знакомыми, да и виделись всего несколько раз, но Алек производил впечатление грамотного юриста.

Мне просто хотелось знать, как далеко мог зайти Марк, если бы я отказалась прилететь в Лондон.

– Ты не хотела ехать в Лондон? Марк силой…

– Нет. Нет! – я перебила мужчину, тряхнув головой, – Ладно, забудь, – и зачем я только открыла рот. «Любопытство тебя погубит, Кейтлин», – вмешался внутренний голос. Да много что погубит, – я перевела взгляд на Марка.

– Ну, скорее всего, мне бы пришлось несладко, чтобы доказать его непричастность к синякам Оливии, – серьёзно сказал Алек. – Очень несладко, – он выделил каждое слово, поднялся и двинулся в сторону Марка.