Выставка закрылась, и я облегчённо выдохнула, окидывая картины в последний раз внимательным взглядом. Мне было нелегко с ними прощаться. Вместе с картинами я отдавала Марку частичку себя.

Мы вышли с Джервисом на улицу, и я ощутила внутри некое подобие легкости, пока не увидела машину Марка. Джервис остановился, заметив перемену в моём настроении.

– Что-то не так? – спросил Джервис.

– Марк... – тихо прошептала я, не отводя глаз от машины и заднего тонированного стекла, за которым, я не сомневалась, он находился.

В горле образовалась ком, а в глазах предательски защипало. Столько раз я представляла себе нашу встречу, а сейчас ничего не чувствовала, кроме всепоглощающей боли.

Марк вышел из машины и как ни в чём не бывало подошёл к нам с Джервисом и заговорил. Если бы в этот момент мне предложили смертную казнь, я бы, не раздумывая, согласилась. Марк выглядел сногсшибательно. Красивые глаза цвета зелёной листвы окунули меня в самую пучину того, из чего я так старательно пыталась выкарабкаться. У меня изначально не было ни единого шанса. Потупив взгляд, не в силах больше терпеть агонию внутри, я молила Бога, чтобы внезапная встреча как можно скорее подошла к концу.

Марк скоро женится на другой девушке, и всё, что было между нами останется в прошлом. Оно будет преследовать меня до конца дней. Я вдруг поняла одну простую истину: сколько бы я ни старалась жить иначе, я все и всегда буду делать с мыслями об этом человеке. Где бы не начался мой день и как бы он не закончился, я буду думать о Марке. Никто не сможет мне заменить его и те чувства, которые он дарил.

После той встречи с Марком мне не сразу удалось прийти в себя. Балансируя на грани, я не заметила, как пролетело время, и наступила дата нашего отлёта в Лондон. Эмили плохо переносила беременность, и это обстоятельство постоянно вносило коррективы в подготовке к торжеству. На свадьбе мне была отведена роль подружки невесты. Такая перспектива не сильно-то прельщала, но выбора не было. Внутри нарастало волнение от предстоящей встречи с Марком. Я понимала, что необходимо будет призвать всё имеющееся самообладание и силу духа, чтобы увидеть его. Но я уповала на то, что удача окажется на моей стороне и я по крайней мере выполню хотя бы одно из данных себе обещаний: «не упаду лицом в грязь» и не умоюсь своими же слезами. Насчёт первого я ещё могла поручиться, так как обладала волей и упорством, которого хватит на один вечер, чтобы выглядеть не только обворожительно, но и жизнерадостно. Но вот насчёт второго… когда золотая карета превратится в обычную тыкву, я дам волю чувствам, и прекрасная золушка станет похожа на развалину с красными и отёкшими от рыданий глазами.

Мое беспокойство передалось и Уильяму. Я замечала на себе его частые и короткие взгляды. А его перешептывания с Эмили начинали меня раздражать. Я была взрослым человеком, и расставание с Марком было в моих силах пережить. Просто для этого требовалось время. Не одна неделя и даже не две, но в итоге у меня получится справиться со своей болью. Так же я прекрасно понимала, что свадьба Марка не за горами, тем более пресса уже оповестила о «счастливой дате». Семейство Бреттов за один месяц приобретет новоиспеченных детей: в лице Уильяма – сына; в лице Оливии – дочь. А я в свою очередь… решила, что просто так не сдамся и не отдам Марка!

Лондон встретил нас проливным дождем. Прежде я не любила промозглую и сырую погоду, но с момента расставания с Марком мои предпочтения и вкусы изменились. Сейчас холодные капли дождя нисколько не причиняли неудобства, напротив, они отрезвляли и не давали мыслям вернуться к прежнему амёбному образу жизни. Удивительно, как многое зависело от воли человека и его жизненного настроя. Да, возможно, в скором времени мне предстояло снова пережить сильную боль, когда Марк отвергнет мои чувства и меня саму, но я надеялась, что цель оправдает средства. Тем более то, что я придумала, просто не могло не дать плодов. На моей стороне был и тот факт, что я несколько лет училась в балетной школе и имела неплохую растяжку. Правда... я давно не занималась у станка, но это всё было поправимо. Желания и усердия должно было хватить с лихвой, чтобы вспомнить азы и размять мышцы. Ведь, как известно, если нет действий, нет и результата.

– Кейтлин, всё в порядке? – Уильям настороженно смотрел в моё лицо, в то время как я витала в мыслях.

– Да, – быстро ответила я. – Что-то не так?

– Я говорила, нужно было ещё раньше забрать её из Сиэтла, – тихо прошептала Эмили Уильяму и тоже изучающе посмотрела на меня.

- Ты улыбаешься, – заметил Уильям, и я, к своему удивлению, снова улыбнулась.

Когда у человека появлялась цель и четкий план действий, жизненный потенциал возрастал на глазах; время начинало мчаться с удвоенной скоростью, жизнь наполнялась смыслом, и всё внимание было сконцентрировано только на одном.

– Это смена обстановки, – я пожала плечами и прошла мимо влюблённой парочки, которая весь полёт не спускала с меня глаз, будто я задумала выпрыгнуть из самолёта.