Через несколько секунд все закончилось. Кейден удерживал Броуди и тихо говорил ему что-то на ухо. Броуди не сводил глаз с Ника, неподвижно лежавшего на полу. По тому, как он держался, было ясно: он все еще в ярости. Кто-то попытался помочь Нику подняться, но тот был без сознания.

Кэл неторопливо поднялся по лестнице на крышу и помахал в воздухе маленькой полоской, одновременно глядя в телефон.

— Положительный результат на бензодиазепины, скорее всего, рогипнол, — сказал он, а потом остановился, увидев происходящее. — Что случилось?

— Твой брат решил не ждать результатов теста, прежде чем окончательно слететь с катушек, — пробормотал Маркус и пожал плечами. — Хотя винить его не могу. Этот ублюдок подмешивает всякую дрянь в напитки прямо в общежитии Геллионов? Выбросьте его нахрен с крыши и снова включите музыку! — крикнул он кому-то возле колонок.

Вечеринка возобновилась, хотя вокруг продолжали перешептываться и поглядывать на Ника и Броуди.

— Думаю, теперь всем стало довольно очевидно, что между вами двоими что-то происходит, — пробормотала Уинтер и вопросительно приподняла бровь. — Тебя это устраивает?

— Нет, конечно нет. Мы… моя мама… — Я шумно выдохнула. — Все сложно.

— Да, сложно, — согласилась она, а потом слегка улыбнулась. — И одновременно совсем нет.

— В смысле?

— В том смысле, что мне плевать на твою маму. Мне не плевать натебя . Так что я в команде «К черту все!». — Она заглянула мне за плечо. — Пойдем вниз, где никто не видел всего этого. Кажется, Ева и Лили уже здесь. И я еще хочу услышать все про спектакль.

Она подхватила меня под руку, и мы направились вниз.

Я оглянулась, но Броуди уже затерялся в толпе.



Час спустя я уже расслабилась, согрелась и напиталась женской энергией. Но даже это ощущение спокойствия и безопасности не спасало от навязчивых мыслей.

Офицер Престон показал Нику видео или просто рассказал о нем? У него есть копия? Кто еще его видел?

Я изо всех сил пыталась загнать эти мысли поглубже, но ящик с моими худшими страхами никак не удавалось захлопнуть, и они продолжали вырываться наружу.

Вечеринка постепенно затихала. В центре комнаты танцевали люди. Ева поднялась и потянулась.

— Потанцуем? Мне нужно куда-то деть всю эту нервную энергию, — сказала она.

— Я могу тебе с этим помочь, — промурлыкал Беккет, возвышаясь у нее за спиной.

— Правда? — Она улыбнулась и взяла его за протянутую руку.

Он повел ее к остальным и крикнул диджею так, что его голос легко перекрыл общий гул.

— Поставь что-нибудь медленное. Моя леди хочет потанцевать.

По комнате прокатились одобрительные свистки, когда заиграла медленная, тягучая музыка. Дружеские компании начали разбиваться на пары.

Одна за другой девушки уходили к своим парням. Последней была Уинтер, вручившая мне на сохранение недопитую бутылку пива.

Я посмотрела на нее, и во рту внезапно пересохло так сильно, что думать я могла только о том, чтобы сделать глоток. Желание выпить усиливалось вместе с мрачными, беспокойными мыслями, от которых сегодня никак не удавалось отделаться. Я так хорошо держалась, но на сегодня запас самоконтроля иссяк. Мне нужно было хоть немного снять напряжение.

Я поднесла бутылку к губам и уже собиралась отпить, когда татуированная рука накрыла мою.

— Не надо. Завтра пожалеешь. — Броуди забрал у меня бутылку.

Я подняла на него глаза. После того, что произошло наверху, разговаривать с ним было странно. Он назвал меня милой перед всеми. Вырубил Ника. Защитил мою честь. Ха, смешно. Будто у меня вообще была какая-то честь. Но почему-то Броуди, похоже, считал иначе.

Я тяжело вздохнула, утомленная его неумолимым самоконтролем.

— Я сейчас не могу оставаться наедине со своими мыслями. Пожалуйста, сжалься.

— Если не можешь оставаться наедине со своими… — Он протянул мне руку.

Я осторожно вложила в нее свою, не понимая, что он задумал.

Он помог мне подняться и, не отпуская моей руки, повел нас к танцполу.

— Тогда переключись на мои. Так ты быстро отвлечешься, — прошептал он.

Мы затерялись среди пар. Броуди обнял меня и притянул к себе. Люди вокруг теснили нас, заставляя прижиматься друг к другу еще сильнее. Его ладони уверенно лежали на моей талии. Все это казалось куда интимнее, чем следовало.

Я взглянула на него снизу вверх.

— И что же в твоих мыслях такого отвлекающего?

Он двигался медленно и уверенно. Броуди явно умел танцевать, это чувствовалось по тому, как легко он кружил меня. Наверняка с детства вальсировал на светских балах в Лондоне. Даже если забыть обо всех остальных сложностях, этот парень был из совершенно другого мира. Пропасть между нами была огромной.

Он несколько мгновений смотрел на меня, прежде чем ответить.

— Ты.

Я понятия не имела, что на это сказать, поэтому прибегла к своему обычному приему. Увела разговор в сторону.