— Наверное, придумывает новые правила, которыми будет меня доставать.

— Правила? — Уинтер вскинула бровь.

— Не спрашивай. — Я шумно выдохнула. — У них скоро игра?

— Только товарищеская. Сезон еще не начался, но будет хороший шанс посмотреть, как новички впишутся в команду. Хочешь пойти со мной? Я знаю, хоккей не совсем твое…

— Пойду. Почему нет? — перебила я. — Может, увижу, как Броуди наконец разобьют лицо.

Уинтер рассмеялась.

— Будем надеяться. — Улыбка была шутливой, но взгляд задержался на мне.

— Что?

— Ничего, — быстро ответила она и снова повернулась к тренировке. — Абсолютно ничего.

20.Броуди



Новое утро — новое пробуждение Селены холодной губкой по лицу. На этот раз, когда я наклонился к ней, она попыталась меня ударить, но я слишком быстро отстранился.

— Я не собираюсь бегать два дня подряд, — донесся ее голос из-под одеяла.

— Собираешься, — спокойно ответил я, откинул нижний край одеяла и схватил ее за ногу.

Она взвизгнула и задергалась, пока я стаскивал ее к краю кровати, а потом на пол.

Она рухнула, запутавшись в одеяле и простынях, и всю дорогу осыпала меня ругательствами.

— Какого хрена, Броуди?! — Она выпуталась из одеяла и встала. Скрестила руки на груди и уставилась на меня, задрав подбородок так, будто только и ждала возможности мне врезать.

— Я сказал, пора на пробежку.

— А я сказала, что не хочу никуда бежать!

— А как же твоя одежда? — напомнил я.

Она закатила глаза.

— Я тут вспомнила, что твой богатенький папочка дал мне черную карту на новый гардероб. Так что можешь засунуть свои подачки куда подальше.

— Ну вот, все веселье испортила, — пробормотал я.

Она моргнула, глядя на меня снизу вверх. Я стоял перед ней, не двигаясь, и смотрел, как она сопротивляется каждой моей попытке ею командовать. В гневе она была прекрасна.

— Все равно пойдешь бегать.

— Нет. Вчера было не так уж ужасно, признаю, но давай не будем делать привычкой слишком много времени проводить вместе. Для твоего здоровья это вредно. Не хотелось бы снова тебя травить.

Уголок моего рта дернулся.

— Смешно.

— Спасибо, я стараюсь. А теперь вон из моей комнаты.

Я наклонился так, что мое лицо оказалось совсем близко к ее.

— Нет.

— Броуди! — возмутилась она и тут же осеклась, когда я перехватил ее за запястье.

Не дав ей возразить, я выпрямил ее руку и повернул внутренней стороной вверх, чтобы посмотреть на повязку, которую наложил той ночью.

Она все еще была на месте и уже успела изрядно испачкаться.

— Ее нужно сменить.

Селена мгновенно замолчала.

— Я сниму, — продолжил я, почти не дав ей времени приготовиться, и потянул за край.

Она даже не дрогнула, когда пластырь оторвался от кожи и повязка снялась.

Три ровных пореза уже покрывались корочкой и хорошо заживали.

— Пока ничем не закрывай. Пусть подсохнут.

— Я и без тебя знаю, как заживают порезы, спасибо, — пробормотала она, снова обретая голос, и выдернула руку из моих пальцев. — Опыта хватает.

Я стиснул зубы, почувствовав совершенно нелогичный всплеск злости от ее слов.

— Я заметил, — тихо произнес я и подождал, не захочет ли она сказать что-нибудь еще.

Она резко вдохнула, и, несмотря на дерзкие слова и горящие глаза, сейчас казалась такой хрупкой. На тонкой шее бешено бился пульс, выдавая то, что она старалась скрыть.

Но прежде чем она успела что-то сказать, Селена отвела взгляд и отступила.

— Ладно, плевать. Побежали. Лишь бы ты от меня отстал. — Не щеки залились красивым нежно-розовым румянцем.

Где еще она так краснеет? Соски у нее такого же оттенка? Какого черта? Откуда вообще взялись эти мысли?

Я отступил еще дальше и отвернулся, пока не умудрился возбудиться посреди ссоры с самой раздражающей и неорганизованной женщиной из всех, кого встречал.

— Через десять минут жду на улице, — сухо бросил и вышел.



Несколько часов спустя я сидел на занятии по менеджменту, слушал, как преподаватель монотонно рассуждает о найме сотрудников, и пытался выбросить из головы картинку, как после пробежки Селена стянула мешковатую толстовку и вместе с ней задрала футболку. Ее гребаный пупок не выходил у меня из головы.

Со мной явно что-то было не так. Меня будто бросало в жар, затылок покалывало. Я заболевал? Я вообще почти не болел. И времени на это у меня не было.