Что значит, что я расстроена тем, что Ронан не накачал меня наркотиками и не бросил в багажник? Можно подумать, что возможность прокатиться на пассажирском, когда мы направляемся в отель, — это хорошо, это шаг в правильном направлении. Но сейчас я просто хочу быть без сознания. Я пыталась заснуть около часа назад, но каждый раз, когда я закрываю глаза, я вижу того человека. Я все еще чувствую запах его крови и слышу, как лезвие входит в его шею, когда я наношу последний удар.

Я убийца.

Я не могу поверить, что убил этого человека. Конечно, он заслужил это, и, если бы не я, он бы скончался от ран, нанесенных Ронаном, но я оборвала его жизнь. Я украла душу и, что еще хуже, трахнула своего убийцу-похитителя рядом с этим умирающим, прежде чем вогнать нож ему в шею. Я больна, я извращена и безумна. Я попаду в ад; я попаду в тюрьму, а потом в ад, и все в обоих местах будут знать меня как шлюху, которая трахалась с серийным убийцей в благодарность за то, что он спас ее от насильника.

Посмотрев на свою руку, я вижу красное пятно на верхней части возле костяшки пальца.

— О... Боже! — кричу я, царапая руку рукавом толстовки Ронана.

— Гребаный Христос Эверли! — прорычал Ронан, вильнув машиной, чтобы выехать на обочину и припарковаться. — Ты не можешь так кричать из... Черт возьми, только не снова!

Он рычит, когда я вываливаюсь из машины, но не для того, чтобы бежать, нет, мне нужно вырвать.

Мои колени ударяются об асфальт, я пытаюсь встать, но уже слишком поздно, рвота прорывается сквозь меня, и я вываливаю свои кишки на обочину, всхлипывая между каждым болезненным рыданием.

— О, Ангел, — сочувственно вздыхает Ронан, подходя ко мне и помогая встать, одновременно откидывая мои волосы назад. — Детка, с тобой все в порядке.

Я держусь за его руку, чтобы поддержать, пока продолжаю выть. Как у меня хватает сил на то, чтобы вырвать, я не знаю.

— Вы в порядке? — окликает мужской голос, и я застываю, пытаясь закончить отхаркивание. Я сплевываю в последний раз, прежде чем повернуть голову. Это другой человек. Еще один нормальный человек с автомобилем. Я поднимаю глаза и вижу стройного мужчину перед его внедорожником. Он не так накачен, как Ронан, но все равно очень хорошо сложен под своей... о боже, это военная форма. Я снова смотрю на Ронана, который отказывается смотреть на меня. Его глаза смотрят прямо вперед, а острая челюсть отвисает. Он знает. Он знает, что я могу бежать, и он ничего не сможет сделать, чтобы остановить меня.

Мужчина подходит ближе, и я встаю прямо, заставляя руку Ронана опуститься на бок. Он даже не попытается остановить меня? Это что, испытание? Как такое может быть? Ронан не может убить этого человека, если он военный. Он не какой-нибудь безымянный лесник, живущий за счет земли. У этого человека есть места, куда он должен докладывать, и, если он этого не сделает, его будут искать. Я делаю шаг к мужчине и чувствую, как у меня сжимается сердце.

— Вы в порядке, мисс? — осторожно спрашивает он, оглядывая меня с ног до головы. Должно быть, я представляю собой зрелище с поцарапанным лицом, всклокоченными волосами, отсутствием обуви и штанов.

— Утренняя тошнота, — слабо отвечаю я и чувствую на себе пристальный взгляд Ронана. — Клянусь, днем хуже, чем утром. — Я улыбаюсь, обхватывая руками живот. Мужчина расслабляется, и на его губах появляется легкая улыбка.

— О, я знаю об этом, моя жена сейчас беременна третьим ребенком. Эти красные и белые мятные конфеты помогают ей, когда она находится в машине и ей становится плохо. У меня есть несколько конфет в бардачке, если хотите.

Он начинает идти к своей машине, и я делаю шаг, ожидая, что Ронан остановит меня, но он этого не делает. Я делаю еще один, и еще, пока не оказываюсь у машины мужчины, вне пределов слышимости от моего похитителя. Мужчина возвращается из машины с небольшой горстью мятных конфет в большой руке.

— Вы уверены, что с вами все в порядке? — шепчет он, с улыбкой протягивая мне мятные конфеты. — Зажми нос, и я смогу тебя защитить. Обещаю.

Мое сердце сжимается, а пульс учащается. Он может спасти меня, и все это может стать ужасным воспоминанием. Но я не могу уйти от Ронана... Не знаю почему, но оставить его сейчас, вот так, кажется предательством. Это бессмысленно, я ничего не должна этому придурку, я даже не могу сказать, что он спас меня, потому что, если бы он не забрал меня в первую очередь, я бы не оказалась в такой ситуации! И все же...