Остальные эльфы отшатнулись назад. Ребенок-вампир закричал от ужаса и жажды крови. Призрак мертвого эльфа тоже закричал. Крошитель был оправлен в эльфийский сплав. Этот призрак будет гореть веками.

Крики ярости поднялись со всех концов Вольностей. Словно сами камни были потрясены, словно каждое окно и каждый дверной проем в разрушенном городе были открытым ртом, вопиющим о несправедливости. На Альфа и Гундана посыпались новые снаряды. Крыши домов кишели эльфами-колдунами. Когда-то они были рыцарями и принцами, книжниками и учеными, задумчивыми хозяевами этого города тьмы. Теперь они представляли собой оборванную толпу.

Одна из них бросилась на Альфа с боевым кличем. Альф уже собирался зарубить ее, но сдержался и ударил мечом о землю перед собой. Земля содрогнулась, и эльфийка споткнулась. Альф ударил ее, и его враг остался лежать неподвижно. Эльфы были грозными воинами, каждый из них был ветераном тысячи сражений, но у них были дубинки и кирпичи, а не мечи с вырезанными на них рунами или копья с наконечниками, освещенными звездным светом. Дубинки и кирпичи не могли противостоять Крошителю и Разрушителю Чар. Это была бы настоящая бойня.

Альф схватил Гундана и потащил его обратно к Дому Рогатого Змея. Он давно не носил гнома на руках, но вытаскивал Гундана из драк гораздо чаще, чем мог вспомнить. Когда они были молоды, это были в основном потасовки в барах и случайные стычки с разбойниками на дороге.

В этот раз...

"Мы можем их победить!" - крикнул Гундан. "Это сброд!"

"Это бунт! Нам придется их убить!" Альф швырнул гнома через порог Дома, повернулся, чтобы захлопнуть за собой ворота - и тут вспомнил, что Гундан разбил ворота Крошителем. Вместо этого он выхватил меч и вонзил клинок в каменную кладку арки над ними, обрушив сторожку и преградив путь.

Гундан поднялся на ноги. "Значит, мы убьем их! Думаешь, это их остановит? Или мы, или они!"

Не делай этого, говорила Берис, ты поднимешь бунт.

"Вызови дредворма!" - приказал Альф.

"Нет. Дварф прав - или вы, или они. Убейте их всех". Голод меча был ощутим. Он жаждал резни.

Гундан зарычал. "Мы могли бы пробить себе дорогу. Ты и я, это даже не будет гребаным соревнованием!"

Это была правда. Они уже делали это раньше, причем с гораздо худшими шансами.

Альф попятился от рухнувшей арки. В дальнем конце двора была еще одна дверь. С той стороны в нее били кулаками. Снаружи кто-то кричал по-эльфийски, требуя таранить дверь.

"Помоги мне придержать дверь, - приказал он Гундану. Пара бросилась через двор. Альф опередил дворфа и врезался плечом в дверь, а мгновение спустя Гундан подкатился, как брошенный валун, и добавил к этому свою гномью силу. Снаружи доносились голоса, шипели проклятия, сыпались оскорбления. Альф вспомнил времена, когда эльфы-колдуны были надменны и молчаливы, когда Некрад был холоден, как гробница, и шепот, казалось, отдавался эхом среди мраморных надгробий. Теперь все, что осталось от эльфов-колдунов, - это гневные слова.

"Где твоя эльфийка?" - прокричал Гундан сквозь шум.

"Она сбежала! В Ямы!"

"Ты идиот!" рассмеялся гном. "Все это было пустой тратой времени". Гундан хмыкнул. "Боги, не зря же ты в свое время не был главным. Я беру назад свои слова о том, что ты будешь регентом города. Хитроумные планы - не твой конек, Альф". С дальней стороны двери разбилось стекло.

"Прости!"

"Не извиняйся! Это будет весело!" Гундан вытер лицо рукавом. Грязь, смешанная с кровью, заляпала его черты. "Ну же, где твой задор для боя?"

Альф пожал плечами, насколько это было возможно, прижавшись одним плечом к двери. "Уронил его на Дороге, наверное". Даже произнося это, он знал, что это неправда. Он потерял его еще до этого. Может быть, в Ямах, но в Ямах драки были другими. Там, внизу, он убивал существ, которых не должно было существовать, боевых зверей, выращенных в алхимических чанах Лорда Боуна, ужасы некромантии, удерживаемые вместе магией и ненавистью. Монстры, которые заслуживали смерти – и он честно сражался с ними, меч против когтей, против заклинаний, против зубастой пасти и цепких щупалец, пока линнорм не поймал его. Битва с эльфами была бы совсем другой, и у него не хватило бы духу на это.

Однако меч на боку – Разрушитель чар - пел от жажды крови. Альф знал, что мог бы сжать рукоять демонического меча и позволить ему наполнить себя радостью резни. Меч был создан для этого, создан для того, чтобы пускать кровь, сеять смерть, уничтожать мир. Это было смертоносное оружие, и он тоже мог бы им стать, если бы только позволил ему поглотить себя.

Он сжал кулаки, чувствуя, как кровь стекает по запястьям. Толпа снова навалилась на дверь.

"Готов?" - спросил Гундан.