— Хватит, малышка. Время твоего наказания. Какой урок ты усвоишь, если тебе нравится каждая секунда этого?

Она сужает глаза.

— Кто сказал, что мне это нравится?

Я опускаюсь на колени за секунду и хватаю её за обнаженное лоно. Мои пальцы почти входят внутрь, до того она мокрая.

— Думаю, твое тело тебя выдает.

С улыбкой она кусает меня за нижнюю губу.

— Ладно, хорошо. Мне нравится доставлять тебе удовольствие. Это заводит меня больше всего на свете.

— Ну, тогда думаю, мне стоит использовать тебя немного жестче, чем обычно, чтобы на этот раз ты усвоила урок.

Она тяжело сглатывает, по её телу пробегает дрожь.

Я встаю и тяну её за волосы обратно к своему члену.

— А теперь соси, и не останавливайся, пока я не кончу тебе в это прекрасное горло.

Она берет меня глубоко, а затем кладет руку мне на задницу, вонзая ногти в брюки. Жалею, что оставил одежду, хочется чувствовать её острые когти, когда я буду душить её своим членом.

Я хватаю её за затылок, ладонью плотно прижимая к себе, и начинаю жестко использовать её рот. Она расслабляется, принимая всё, что я даю. Её рот не ощущается так потрясающе, как её киска, но то, как она всем телом прижимается ко мне, впечатляет. Словно она использует всё тело, чтобы отсосать мне.

Она слегка проводит зубами в одном из движений, добавляя крошечный оттенок боли. Это простреливает меня насквозь, доводя до края оргазма всего за несколько движений.

— Ни за что, Malyshka. Это не закончится так быстро. Открой шире.

Я вгоняю член прямо вглубь её горла. У неё срабатывает рвотный рефлекс, и это делает меня еще тверже. Когда она стонет, я действительно понимаю, как сильно ей это нравится. Как сильно ей это нужно. Наконец-то, я могу дать ей то, на что чувствую себя способным. То, что я могу предложить в ответ на тот дар, который она мне так самоотверженно отдает.

Я трахаю её быстро и жестко, и вскоре она полностью расслабляется. Головка моего члена задевает её горло, и мой оргазм быстро нарастает.

— Приготовься. Я собираюсь излиться тебе в горло, и ты проглотишь каждую каплю. Если хоть одна ускользнет, я заставлю тебя сделать это снова, пока не получится правильно.

Она издает гул в глубине горла, и я кончаю так сильно, что вижу звезды перед глазами. Святое дерьмо.

Она продолжает сосать, даже когда я замираю в послевкусии оргазма. Когда я полностью останавливаюсь, она отстраняется и смотрит на меня снизу вверх влажными глазами с припухшими губами. Ни одна капля моей спермы не ускользнула из её рта.

Я опускаюсь на колени, мои брюки туго натянуты на коленях, и вытираю уголок её рта.

— Это было чертовски сексуально. Ты потрясающая.

Она прочищает горло.

— Мне это понравилось. Очень. — Её голос глубокий и хриплый.

Я несу её в постель и завариваю ей теплый чай, чтобы расслабить чувствительное горло.

Когда она проваливается в сон в моих объятиях, я смотрю в потолок и возвращаюсь к тому, что мучило меня весь день. Я никогда не буду достоин этого дара, пока не избавлюсь от Артура.

 

 

Глава 33

 

СИЛЛА

 

 

Я слежу за часами в день вечеринки, и время словно летит. Как бы ни приближался момент, когда мне нужно начинать собираться, тяжесть в животе ничуть не уменьшилась.

Если Иван и замечает мою тревогу, он ничего не говорит. Вероятно, я веду себя нелепо, но у меня дурное предчувствие насчет вечеринки и того, что значит находиться под контролем Совета.

Будучи незаметной частью жизни моего отца, мне никогда не приходилось сталкиваться с делами Совета. Теперь же, судя по всему, я окажусь в самом центре всех событий.

Когда звенит будильник, давая понять, что мне пора заняться волосами, меня начинает подташнивать.

Это привлекает внимание Ивана, который как раз начинает собственные сборы.

— Что случилось?

Я замираю с плойкой в руке и смотрю на него в зеркало.

— Не знаю. Просто какое-то дурное предчувствие. Мы не можем сегодня остаться дома? Разве у Адриана уже нет всей необходимой защиты?

— Не проси меня не быть рядом с ним. Я не могу этого сделать. Когда он шагнет в огонь, я буду рядом с ним.

Камень в животе тяжелеет и увеличивается.

— Но ты втягиваешь в это и меня. Это для тебя ничего не значит?

Я заканчиваю завивать локон и кладу горячую плойку на край раковины.

— Я просто беспокоюсь о том, что произойдет сегодня ночью. Как мы узнаем, если что-то пойдет не так?

Иван притягивает меня ближе, окидывая взглядом мое тело, изучая мое черное кружевное белье.

— Я практически всегда исхожу из того, что что-то пойдет не так. Поэтому, я всегда готов.

Я разворачиваюсь в его объятиях и прижимаюсь грудью к его обнаженной груди.

— А что, если мы останемся здесь, и ты накажешь меня за то, что мы пропустили мероприятие?