Она сделала еще один шаг назад, и он снова последовал за ней.

— Остановись. — Она выставила руку перед собой, вглядываясь в его лицо, анализируя его поведение, все происходящее, совершенно сбитая с толку тем, что ее прошлое столкнулось с настоящим, когда она думала, что покончила с ним, тем, что он имеет какое-то отношение к этой жалкой группе. От этой мысли ее затошнило.

— Держись от меня подальше.

— Салем…

И, не слушая больше ни слова, она убежала.

ГЛАВА 17

На кой черт мертвецу цветы? Кому они нужны?

— Дж. Д. Сэлинджер, «Над пропастью во ржи»

САЛЕМ

Если бы избегание кого-то было искусством, Салем сменила бы специальность и закончила Университет с отличием.

После тревожного сна и осознания того, что Каз замешан в чем-то, к чему она не хотела иметь никакого отношения, она перешла на новый уровень избегания. Она не знала, состоит ли он в Мортемии – группе, которая, как ей было точно известно, существовала и якобы состояла из студентов-отличников, – группе, которая без стеснения слила в сеть фотографии несовершеннолетней и опорочила ей имя только потому, что она не соблюла их поганые правила, о которых она даже не подозревала. Но она знала, что не хочет иметь ничего общего с ними.

Только если они имеют отношение к смерти ее сестры и других людей.

Но инцидент с Казом дал ей повод для нового исследования – герб с птицей и змеей, которого она никогда раньше не видела.

Что это за проклятые стервятники? Сначала сон, потом эмблема. Это сбивало с толку, и, если бы она верила в знаки, она определенно подумала бы сейчас об этом.

— Ваша заявка выглядит убедительно, мисс Салазар, — сказал доктор Бейн, отвлекая от размышлений и возвращая внимание в свой кабинет. — Единственное, чего не хватает, – это двух рекомендательных писем от профессоров с одобрением вашего заявления.

Салем забрала свой файл и положила в сумку.

— К кому бы вы посоветовали обратиться?

Доктор Бейн открыл лежащую перед ним папку. В мире цифровых технологий он всё еще придерживался старой школы, предпочитая использовать ручку и бумагу. Именно поэтому сегодня утром, прежде чем прийти к нему, она распечатала свое заявление в библиотеке.

Библиотека. Карточка. Логотип.

Не думай об этом.

Прикуси щеку.

Оставайся в настоящем.

Она покачала ногами, ожидая, пока он просмотрит папку.

— Доктор Абрам ведет у вас «Введению в криминалистику», да?

— Да, — подтвердила она.

— В таком случае я бы посоветовал обратиться за письмами к ней и доктору Мерлину. Они, скорее всего, дадут вам их без проблем. У них есть опыт написания хороших писем от предыдущих соискателей.

Салем почувствовала, как при упоминании доктора Мерлина ее желудок сжался еще сильнее. Она избегала его и вне занятий, хотя всё еще пыталась найти способ попасть в его кабинет.

— Может быть кто-то другой, кроме доктора Мерлина, профессор?

Она увидела, как пожилой мужчина поднял на нее взгляд, и его проницательные глаза впились в нее.

— Есть какая-то особая причина?

Салем помедлила, а потом решила сказать полуправду.

— Я просто не чувствую себя достаточно комфортно на его занятиях, чтобы обратиться к нему с просьбой.

Пожилой мужчина ответил не сразу, внимательно разглядывая ее поверх очков.

— Это странно, учитывая, что он хвалил ваше участие в уроках, когда я столкнулся с ним. Сказал, что вы активно участвуете в дискуссиях, отстаиваете свое мнение. Он сказал, что у вас острый, ясный ум, если я правильно помню.

Черт.

— Это очень… мило с его стороны. — Она не знала, что еще сказать и начала подниматься. — Я передам вам письма в конце недели, доктор Бейн. Спасибо.

Повернувшись, чтобы уйти, она услышала, как пожилой мужчина окликнул ее.

— Салем?

Она удивленно обернулась. Он всегда называл ее по фамилии, как того требовал Университет.

— Я знаю, что это не в правилах Университета, но я должен сказать, — начал он, сложив руки на столе. — Если вас что-то беспокоит, приходите ко мне. Да, я ваш научный руководитель. Но я также был отцом дочери, которую потерял слишком рано. Я также был научным руководителем студентки, которая слишком рано ушла из жизни. Я не хочу, чтобы еще одна жизнь прошла впустую, если я могу что-то сделать. Так что, если вам нужно будет что-то обсудить, знайте, что мой кабинет всегда открыт.

Салем молча смотрела на мужчину и, растроганная, сглотнула комок в горле. Он знал, что, если она пожалуется в администрацию на его слова, это может иметь последствия. Нарушение кодекса поведения между студентами из обеспеченных семей и преподавателями противоречило правилам. Он ставил на карту свою профессиональную и академическую карьеру, предлагая ей помощь, и всё же сделал это.