– Да, и гардероб тебе определённо придётся сменить. В этом далеко не убежишь.

Я вопросительно посмотрела на него, беззвучно спрашивая: «Что теперь?».

– Теперь слушай внимательно, – он сел передо мной, и его тон снова стал серьёзным. – Наш план состоит из нескольких этапов. И самый важный и опасный из них – это свадьба.

Я отшатнулась, яростно мотая головой. Нет! Ни за что! Я не пойду ни на какую свадьбу!

– Успокойся и дослушай! – рявкнул он так властно, что я невольно замерла. – У нас нет другого выхода. Ты должна пройти через эту церемонию. Потому что во время неё произойдёт ключевое событие. Каэлан наденет на тебя кулон. Это не просто украшение, это могущественный артефакт, который свяжет вас магическими узами.

Он сделал паузу, давая мне осознать услышанное.

– Но у этого артефакта есть побочный эффект, о котором, я уверен, твои «родители» не знают. Пока кулон на тебе, его магия будет тебя скрывать. Для Каэлана ты станешь чем-то вроде «слепого пятна». Он будет знать, что ты где-то рядом, но не сможет тебя найти. Это наш единственный шанс получить фору и скрыться.

Я смотрела на него, пытаясь переварить эту безумную идею. Снова идти к алтарю. Снова произносить клятвы, пусть и беззвучно. Снова смотреть в лицо мужчине, который видел во мне лишь вещь. От одной этой мысли к горлу подкатила тошнота. Но… если это единственный способ…

– Момент побега сразу после церемонии, – продолжал Яспер, видя, что я начинаю понимать. – Теперь о деталях. Когда за тобой придут служанки, они наверняка оставят дверь приоткрытой хоть на мгновение. Этого мне хватит. Я выскользну из комнаты и последую за вами, держась в тени. Во время церемонии я буду рядом. Как только кулон окажется на твоей шее, устраивай переполох. Сделай что-нибудь громкое, отвлекающее. А дальше беги. Беги так быстро, как только можешь, в сторону Тёмного леса. Я буду рядом.

Он замолчал, давая мне время задать безмолвные вопросы. Я указала на дверь, потом на свои карманы. Что нам делать до тех пор? И на что мы будем жить?

– Правильный вопрос, – одобрил он. – До тех пор сидим тихо и не привлекаем внимания. И готовимся. Нам нужен стартовый капитал.

Он кивнул в сторону мешковины, где, как оказалось, лежали украденные им драгоценности.

– Аристократы ужасно небрежны со своими вещами. Особенно когда готовятся выдать кого-то замуж. Наверняка здесь есть ещё что-нибудь ценное. Осмотрись. Нам пригодится всё, что можно быстро продать.

Я кивнула и принялась за дело. В комнате царил полумрак, но мои глаза уже привыкли. Я открыла массивный комод. Внутри лежало несколько платьев из дорогой ткани, но брать их с собой было глупо. А вот на туалетном столике стояла шкатулка. Я открыла её. Внутри на бархатной подкладке лежало несколько колец и пара тяжёлых серебряных гребней. Не раздумывая, я сгребла всё это и сунула в потайной карман на юбке своего платья, который я сама пришила на случай непредвиденных расходов. Как в воду глядела.

Мой взгляд упал на камин. Рядом стояла тяжёлая кованая кочерга. Инстинктивно я потянулась к ней. Неплохое оружие на всякий случай.

– Собираешься пробить себе дорогу к свободе? – раздался сзади сухой голос Яспера. – Элегантно, но шумно. И тяжело. Брось её. Давай придерживаться более тонких методов. Наша сила в скорости и скрытности, а не в грубой силе.

Я с неохотой оставила кочергу в покое. Он был прав.

Мы закончили сборы. В моих карманах теперь лежало небольшое состояние. Яспер снова забрался в свою клетку и прикрыл дверцу, чтобы никто ничего не заподозрил. Я села на пол рядом с ним.

План был. Безумный, рискованный, почти самоубийственный, но это был план. Впервые за последние несколько часов у меня появилась цель. И крошечный, едва заметный лучик надежды.

Мы сидели в тишине, прислушиваясь к каждому шороху за дверью. Время тянулось мучительно медленно. Я думала о предстоящей церемонии, и моё сердце сжималось от страха. Яспер, казалось, был совершенно спокоен. Он устроился в клетке и с самым невозмутимым видом принялся вылизывать свою пушистую рыжую шерсть.

Глава 4

Казалось, мы уже вечность сидим в тишине. Время превратилось в густой, вязкий кисель, в котором тонули минуты и часы. Я думала о предстоящей церемонии, и ледяные пальцы страха сжимали моё горло. Снова идти к алтарю. Снова быть в центре внимания, чувствуя себя товаром на витрине. От одной этой мысли к горлу подкатывала тошнота.

Яспер, напротив, казался абсолютно невозмутимым. Он тщательно, с видом знатока, вылизал свою пушистую рыжую шерсть, затем свернулся в идеальный клубок и, кажется, задремал. Его спокойствие действовало на нервы, но в то же время странным образом успокаивало. Хотя бы один из нас был уверен в успехе нашего безнадёжного предприятия.