— Вы здесь, я пошёл в операционную. — Затем крикнул: — Николас!

И вслед за ним ушёл тот самый доктор, который сказал, что я дело говорю.

На вторичной сортировке остались я и молодой доктор, имени которого я не знала, но тот, что был настроен скептически.

Вскоре и его позвали внутрь больницы, а я осталась на улице, понимая, что ещё довольно много пострадавших, хотя лежачих почти всех увезли или унесли внутрь. Но те, кого отсортировали как ходячих, всё равно нуждались в помощи.

Я пошла в больницу, усталого доктора Джозефа обнаружила в операционной. Мне повезло: он как раз входил туда. И я его спросила:

— Господин Листер, там ещё много людей с лёгкими ранами, кто-то может им оказать помощь?

Он устало ответил:

— У нас всё забито, мисс, отправляйте их в другие больницы.

Тогда я решилась:

— Если вы выделите мне процедурную, я бы могла обработать раны.

Доктор снова удивлённо поднял брови, но кивнул в сторону Надин, которая притопала вслед за мной:

— Надин, покажи Лейле перевязочную, думаю, что вы без докторов с такими ранами справитесь.

Мы закончили, когда на улице уже совсем стемнело. Надин откуда-то притащила две кружки с горячим травяным напитком, и мы сидели в перевязочной уставшие, но довольные тем, что почти всем удалось помочь, и даже материала хватило.

Надин ещё радовалась, что, пока я оказывала помощь, ей удалось почти всех зарегистрировать.

— Теперь больница получит за каждого по пять крон плюс расходы на материалы, а это значит, что нам, может, и премию выдадут, — радостно говорила она.

А я сидела и думала: «Где же мне ночевать и как сообщить доктору Джозефу, что я просто мимо проходила, но очень хочу у них работать?»

Потом Надин вскочила и засобиралась:

— Ой, поздно уже, смена-то моя уже час как закончилась. А ты, наверное, на ночную сестру-то пришла. А как же теперь будешь ночью-то? Вот, смотри.

И Надин показала мне маленькую каморку рядом с перевязочной, там стоял большой сундук, на котором лежало что-то типа матраса.

— Вот здесь запирается, и можно немного поспать, — заговорщицки сказала Надин.

Надин ушла, а я пошла к операционной, из которой выходил доктор Джозеф и с ним второй, тот, что скептик.

— Доктор Листер, мне надо с вами поговорить, — сказала я.

— Голубушка, вы наверняка тоже устали, — вздохнув, произнёс доктор Джозеф, — идите домой, сегодня я вас отпускаю.

— Но… — попыталась возразить я.

— Никаких «но»! Придёте завтра — и всё оформим.

— Можно мне остаться на дежурстве? — сделала я ещё одну попытку.

Доктор Джозеф повернулся к молодому:

— Посмотри, Пьер, какие нынче девицы пошли, готовы круглые сутки работать. — Потом снова повернулся ко мне. — Идите домой, завтра придёте утром, работы будет много, больница переполнена, а на ночь я оставлю кого-нибудь из мужчин.

— Но мне некуда идти! — выпалила я. — Я не успела снять комнату.

— Постойте, какую комнату? — удивился доктор Джозеф. — Вы же мисс Тусен?

— Нет, меня зовут Лейла Кроули, и я ищу работу в больнице, потому что хочу стать доктором.

Пьер хмыкнул, а вот доктор Джозеф внимательно на меня посмотрел.

— Пойдёмте, мисс Кроули, всё мне расскажете.

Доктор Джозеф попрощался с Пьером, и мы пошли с ним в кабинет. По пути я ещё раз обратила внимание на то, что, по сравнению с теми больницами, куда я уже заходила, здесь даже после того хаоса, случившегося сегодня, полы, стены, бельё на срочно вытащенных откуда-то кроватях, которые стояли в коридоре из-за невозможности всех разместить в палатах, — всё выглядит гораздо чище. И даже запах в этой больнице был именно больничным: пахло лекарствами и… карболкой[1].

[1] Точнее, карболовая, или угольно-масляная, кислота. Это фенол, изначально добытый из каменноугольной смолы (современное название этого вещества — гидроксибензол). Карболкой называли пятипроцентный водный раствор фенола, который широко применялся в качестве дезинфицирующего средства.

«Если здесь есть карболка, — радостно подумала я, — значит живём! Вот только почему в других больницах я не заметила этого запаха»

Кабинет главного врача был небольшим и очень аскетичным. В целом вся больница не отличалась роскошью, как те больницы, расположенные ближе к центру города.

— Итак, мисс Кроули, — произнёс доктор Джозеф, усаживаясь за небольшой стол и показывая мне на стул для посетителей.

— Вы уже поняли, что я перепутал вас с мисс Тусен, которую мы ждали как раз сегодня. Мисс Тусен собиралась приехать к нам, она закончила школу сестёр милосердия в Лихтенштейне, и я, признаться, увидев вас с чемоданом, решил, что вы и есть она, — продолжил доктор.

Я молчала и доктор, увидев, что я пока не собираюсь ничего говорить, спросил: