— Мисс, — проговорил Хью, от которого немного пахло луком: судя по всему, он уже воспользовался моими рекомендациями, — а вы-то куда?

— А я, Хью, хочу посмотреть, куда вы возите дурочек, покупающихся на сладкие посулы вашей мадам, — ответила я Хью, демонстративно глядя не на него, а на Дану, которая в свою очередь зло смотрела на меня.

«Ну и пусть злится, — подумала я, — дети тоже злятся на родителей, когда уверены, что те их ограничивают в чём-то, а потом спустя время многие признают, что мама была права».

— Поехали, Хью, поедем, посмотрю, где сейчас люди собственное достоинство теряют, — сказала вслух.

Хью тяжело вздохнул, но с доктором не спорят, и мы поехали.

Дом, к которому спустя двадцать минут подъехал автомобиль, находился на другой стороне Темзы, в спокойном, тихом, практически спальном районе, дома там были разные, большие и маленькие, отличало этот район то, что, в отличие от промышленного Ист-Энда, здесь не было никаких производств, только дома.

Сам дом выглядел обычно, я бы даже сказала обезличенно. Уже было достаточно темно, света в окнах дома не заметила, но когда мы вместе с Даной, которая почему-то взяла меня за руку (я почувствовала, как она напряжена), подошли ближе, то увидели небольшой огонёк в окне первого этажа.

Хью остался в автомобиле, продолжая с укором смотреть на меня. Честно говоря, я плохо себе представляла, что буду делать. Никаких речей я не готовила и надеялась, что соображу по ходу. Я понимала, что действую абсолютно нелогично, но ничего не могла с собой поделать. В конце концов, девочка не виновата, что попала в такие условия. И я чувствовала свою ответственность. Ведь не просто так мне дали второй шанс: не только деток, но и общество тоже надо лечить, а я знаю как.

Мы вошли в дом, дверь оказалась не заперта. От входа сразу было видно большую гостиную, в камине горел огонь, возле камина в большом кресле кто-то сидел. От входа не было видно, кто это. Но мне показалось, что сидит всё-таки мужчина.

Дверь позади нас с Даной захлопнулась с негромким звуком. Человек в кресле повернулся. Лица не было видно, сперва мне показалось, что он в очках, но я ещё ни разу не видела очков в этом времени.

«Он в маске!» — поняла я, когда одна сторона лица осветилась отблеском пламени в камине.

И хотя лица его было не видно, мне показалось, что мужчина оторопел, увидев, что девушек двое. И тогда я решилась.

— Вы думаете, что если у вас есть деньги, то вам позволено разрушать чужие жизни? — сделав шаг вперёд и оставив Дану за спиной, произнесла я.

Мужчина молчал, продолжая сидеть в кресле. Не знаю, что бы я делала, если бы он встал, но то, что он оставался на месте, несколько уменьшило мой испуг, потому что, колени у меня тряслись, несмотря на то что я старалась, чтобы голос звучал уверенно.

И вдохновлённая, я продолжила:

— Такие, как вы, имея деньги, вместо того чтобы помогать детям из приюта, который, кстати, курирует наша королева, вставать на ноги, ради своих сомнительных удовольствий губят их жизни.

И так я распалилась, что из меня выскочило:

— Вы настоящие уроды, которые недостойны того, что имеют.

Неожиданно мужчина поднялся из кресла, и я поняла, что меня сейчас будут убивать. Стало очень страшно: в голову пришла мысль, что надо сделать что-то такое, чего от тебя не ожидают. Например, кинуться куда-нибудь с криком «Пожар!». И я уже приготовилась…

Но мужчина остановился в нескольких шагах от меня и сказал:

— Девушка, вас кто-то обидел? В чём дело?

Причём у мужчины был очень приятный баритон, в голосе действительно сквозило удивление, как будто он не ожидал. Но меня было не провести.

Осознав, что убивать меня никто не собирается, я решила ещё понаглеть и заявила:

— Вы платите за то, чтобы покупать себе невинных девушек, которым специально создают такие условия сразу после выпуска из приюта. — И заявила тоном старой докторши: — Вам должно быть стыдно, молодой человек. И противно.

— Я не знал, что это так, я платил… — он запнулся, но вскоре продолжил, быстро подобрав слово, — профессиональным девушкам, не невинным, как вы изволите меня обвинять.

Речь мужчины была чистой, очень грамотной, в голосе мелькали властные нотки.

Я подумала: «Если не врёт, то, значит, это делает кто-то из его окружения».

А вслух сказала:

— Тогда и вы извольте разобраться с тем, что происходит. — И не удержалась от врачебного совета: — И вы взрослый мужчина, найдите себе постоянную партнёршу, это я вам как врач рекомендую.

И вот здесь мужчина снова сделал несколько шагов в мою сторону. До того, как начал двигаться, он взял подсвечник со стола и, подойдя ко мне, поднёс к своему лицу.

Я от неожиданности непроизвольно вскрикнула и отшатнулась.