– Как выглядела? Нарядно. Платье короткое, все блестит. Волосы черные, глаза черные. Ноги длинные, загорелые.

– Номер машины?

– Не запомнила, конечно. Куда мне? А вот номер телефона ее где-то был. Наташка записала. Зачем, спрашиваю, мне телефон твоей подруги? А она посмеивается и пишет в блокнотик. Мало ли, говорит, вдруг меня потеряете.

– А подруга в этот момент где была? – прищурилась Клавдия.

Вот что за вопрос, а! Какая теперь разница?!

– В машине сидела, – вспомнила без труда Петровна. – Наташка поначалу с ней села, а потом вдруг вернулась. И номер телефона мне записала…

Глава 5

– Номер зарегистрирован на Иванееву Ингу Андреевну, двухтысячного года рождения, – докладывала Клава Ольхова тем же днем Новикову, разложив на столе кучу бумажек.

Те странно выглядели. Какие смяты, какие с оторванными углами, некоторые и вовсе оторваны пополам на сгибе.

«Если так выглядят ее отчеты, то дело труба», – подумал с тоской Новиков, рассматривая в упор своего единственного опера.

– Мне не удалось с ней связаться, – не умолкала Ольхова, роясь в своей макулатуре. – Телефон выключен. По месту регистрации съездить не успела.

– А это где? – спросил Саша.

– Соседний райцентр. В ста восьмидесяти километрах от нас.

– Запрос не отправляли?

И тут она подняла на него взгляд. И будь он трусоват, поежился бы. Серые глаза сверкали сталью.

– Вы серьезно, товарищ подполковник? – тихо возмутилась Ольхова. – Пока я пошлю запрос, пока они там раскачаются, съездят на адрес, опросят, согласуют, подпишут, отправят – неделя пройдет. А так я завтра с утра туда мотнусь и…

– Отставить, майор! Мотнемся, как вы изволите выражаться, вместе.

– Так точно, – удивилась Клавдия и принялась сгребать со стола бумаги прямо в сумку. – Вместе так вместе.

– Что вы думаете о трупе, найденном в подвале? Вас ведь что-то поразило, так? Я наблюдал за вами, майор. Вы были шокированы. Чем?

– Это личное, – поджала Клавдия тонкие губы.

– И все же? – требовательно глянул на нее Новиков. – Я хотел бы знать. В убийстве Натальи Ягушевой вам что-то напомнило убийство вашей племянницы. Было что-то общее?

– Нет. Ничего общего. Возраст только. Моей Бэлле, как и Ягушевой, было двадцать пять лет.

По тому, как часто она сглатывала и судорожно теребила авторучку в руках, было понятно, что рана ее еще не затянулась. Ей по-прежнему было больно об этом вспоминать.

– И место… Как-то уж слишком: подложить труп к родной бабке. Вы же не думаете, что Петровна ее убила? – глянула на него Клавдия с легкой ухмылкой.

– Не думаю. Но то, что труп спрятали именно в подвале родной бабушки… Это да, согласен, слишком как-то. – Новиков откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. – Хотя… Наталья могла скрываться от преследования. Бежать, скажем. От машины, допустим. А куда ей бежать в селе, где живет ее бабушка? Правильно: к бабушке. Но она не успела позвать ее на помощь. Убийца ее настиг. Убил. И тело спрятал, зная, что пожилая женщина не пойдет среди ночи на улицу, даже если ее что-то испугало. Она же призналась, что боится выходить на улицу ночью? Да. Отсюда вывод: убийца хорошо знал ее привычки. Знал, что погреб не запирается на замок. Накинута щеколда и в ней палка. Понимая, что у него вся ночь впереди, убийца втащил в подвал тело, закопал его в угле. И… это кто-то из своих. Либо друзья жертвы, либо соседи. Тот, кто знал о страхах пожилой женщины, – я о том, что она боялась выходить ночью во двор. Что там с экспертизой? Причина смерти установлена?

– Пока нет. Николай Николаевич работает. Разрешите идти?

Ольхова неуклюже поднялась со стула, схватила раздувшуюся от бумаг сумку, закинула ручки себе на плечо.

– Идите. С отчетом не тяните по месту происшествия. И надо проверить всех соседей.

– На предмет?.. – Ольхова притормозила у двери.

– На предмет неприязненных отношений.

– Хорошо. Опрошу. Но это не быстро. – Клавдия сморщилась, как от острой зубной боли. – Участкового надо привлечь. Одной мне никак.

– Сколько вам понадобится времени для написания отчета, майор? – Новиков глянул на часы. – Час. Даю вам час. И выезжаем в Баранки. Участкового тоже привлеките.

Если ей и не понравилось что-то из его указаний, она промолчала. С кивком ушла. Участковому Новиков позвонил сам. Отдал распоряжение и пообещал подключиться к подомовому обходу.

– С Ольховой приедем, Иван Константинович.

– Ох, Ольхова… Не любят ее местные.

– Почему?

– Когда ее родственница погибла, она все село перевернула вверх дном, – пояснил участковый.

– Так, стоп… А ее племянница погибла в Баранках?

– Не совсем. Ее нашли на перекрестке дорог недалеко от села Баранки. Она лежала ровно на перекрестке. В странной позе.

– В какой?

– В позе Христа. Руки раскинуты. Ноги вместе. В белом балахоне.

– Ничего себе!